воскресенье, 8 мая 2016 г.

Бауманский район во время Великой Отечественной войны

Памятник 7-й Бауманской дивизии народного ополчения
На рассвете 22 июня 1941 г. фашистская Германия без объявления войны напала на СССР. Немецкие генералы предупреждали Гитлера, что война с СССР должна завершиться победой Германии максимум в течение 3-х месяцев, так как Германия не располагала экономическими ресурсами для ведения длительной войны на нго огромных просторах. Для осуществления плана молниеносной войны («блицкриг»), названного «Барбаросса» (план уничтожения Москвы, Ленинграда, Киева, Минска и захвата Северного Кавказа, а главное, Баку с его нефтью), гитлеровцы собрали в один кулак исключительную военную мощь, главной ударной силой которой были быстрые и маневренные танковые армии. Для нанесения внезапного удара Гитлер стянул к границам СССР 157 немецких дивизий и 37 дивизий европейских союзников Германии - Италии, Венгрии, Румынии и Финляндии. Эти войска имели на вооружении около 4,3 тысяч танков и штурмовых орудий, до 5 тысяч самолётов, 47,2 тысячи орудий и миномётов и 5,5 миллионов солдат и офицеров. Такой чудовищной военной машине пыталась противостоять Красная Армия в июне 1941 г.
Сама она имела в это время в приграничных военных округах 2,9 миллиона человек, 1,8 тысячи танков, 1,5 тысячи самолётов новой конструкции. За несколько часов до начала войны Сталин по настоянию наркома обороны Тимошенко и начальника генерального штаба Жукова разрешил отдать приказ о приведении войск приграничных округов в боевое положение. Но во многих дивизиях и полках этот приказ поступил уже после начала военных действий.
Планы Германии не были тайной для Советского руководства. Советская разведка почти ежедневно докладывала В.И. Сталину о планах Гитлера, о концентрации немецких войск вблизи границ СССР. Однако Сталин не верил этим донесениям, поскольку был уверен в том, что Гитлер не начнёт войну с СССР до тех пор, пока не подавит сопротивление Англии. Когда германские войска пересекли границу, руководство страны не сразу поняло, что именно произошло. Сталин даже в условиях начавшейся войны не хотел верить в случившееся. В новой директиве войскам он предписывал “разгромить врага, но не переходить государственной границы” с Германией.
Для Москвы июнь 1941 г. был обычным летним месяцем. Стояла прекрасная солнечная погода, зеленели деревья, буйно цвели цветы в садах и парках. Москвичи собирались в отпуска, в школах и вузах шли экзамены, младшие школьники отправлялись в пионерлагеря, малыши - на дачи с детскими садами.
Бауманский (ныне Басманный) район перед Великой Отечественной войной был центром оборонной промышленности Москвы. Это был один из районов исторического центра столицы. В этот период он бурно развивался: по Генеральному плану реконструкции 1935 года здесь велось крупное строительство, в том числе и жилищное, строились многоэтажные дома, школы, асфальтировались улицы. При этом на территории района сохранялось немало памятников архитектуры и просто ценных зданий исторической застройки.
Старая Басманная. дом 36. 1950 1960.
К этому времени в Бауманском районе находились 4 станции метро – “Кировская” (ныне “Чистые пруды”), “Лермонтовская” (“Красные ворота”) и “Курская” (кольцевая и радиальная), Курский вокзал, были обустроены и оделись в гранит набережные Яузы, расширен старый Дворцовый мост, соединявший Екатерининский дворец с Лефортовским и Слободским. В 1940 году он был переименован в Лефортовский мост.
С началом войны жизнь Москвы резко изменилась. Спешно была перестроена на военный лад промышленность, переключился на военный график транспорт, все московские больницы превратились в военные госпитали, эвакуировались в тыл заводы, художественные сокровища и ценности, школы, детские сады и институты, вместе с ними уезжали и люди. К осени 1941 г. в Москве из 4,5 млн. жителей осталось всего 2,5 млн. Оставшиеся в Москве предприятия перешли на выпуск оборонной продукции, доля которой к ноябрю 1941 года достигла 94 %. Государственные и партийные учреждения были взяты под особую охрану, в Бауманском районе это были Московский Почтамт, Наркомат путей сообщения и ЦК ВЛКСМ.
На сборные пункты военкоматов устремились молодые и пожилые, призывники и добровольцы. 4 июля по призыву Государственного Комитета Обороны СССР началась запись в народное ополчение, от желающих было подано 168 470 заявлений. За короткий срок Москва сформировала и направила на фронт 12 дивизий народного ополчения, в которых насчитывалось около 120 тысяч человек. Среди них была и 7-я Бауманская дивизия численностью более 12 тысяч человек в возрасте от 17 до 55 лет. Она формировалась на территории школ № 353 и № 474, где будущие бойцы проходили медосмотр, строевую подготовку и ускоренный курс стрельбы из винтовки.
Басманная больница
В связи с быстрым продвижением противника к Москве, 16 июля вышло распоряжение ГКО о строительстве Можайской линии обороны длиной 220 км. Девушки (в основном студентки и школьницы) копали лопатами противотанковые рвы трехметровой глубины, устанавливали проволочные заграждения, устраивали лесные завалы. Несмотря на бомбежки, строительные работы не прекращались. Так были созданы Ржевско-Вяземский оборонительный рубеж, Можайская линия обороны, внешний оборонительный рубеж Москвы. В лесах Московской области вокруг Москвы были устроены лесные завалы протяжением 1528 км. В самом городе было оборудовано 1,5 тысяч огневых точек, установлено 2,5 тыс. металлических противотанковых ежей, были построены баррикады на многих улицах. Москва превратилась в военную крепость. Среди трудящихся Москвы и Московской области, самоотверженно строивших линии укреплений, 70-75 % были женщины и дети.
В ночь на 22 июля, ровно через месяц после начала войны, немецкая авиация совершила первый налет на Москву. На Москву было сброшено около 10 тысяч зажигательных бомб. Налеты повторялись день за днем (а вернее ночь за ночью, потому что происходили в основном по ночам), но жертвы и разрушения в городе были относительно не велики благодаря, во-первых, отсутствию у немцев дальней стратегической бомбардировочной авиации, а во-вторых, сопротивлению, которое оказывала столица.
Фашистские асы были уверены, что у русских вообще нет ночной истребительной авиации и аэростатов, а зенитные орудия если и есть, то немногочисленные, однако москвичи преподнесли им неприятный сюрприз. На подступах к городу вражеские самолеты встретили советские истребители, а в самом городе действовала система противовоздушной обороны. Командир отряда 1/KGr100 обер-лейтенант Г. Бетхер, вошедший в историю люфтваффе как один из лучших летчиков-бомбардировщиков, вспоминал: "Из всех вылетов, которые я совершил на Востоке, самыми трудными оказались ночные налеты на Москву. Зенитный огонь был очень интенсивным и велся с пугающей кучностью". Пытаясь обойти заградительные зоны, вражеские бомбардировщики уходили в сторону, но и там попадали под разрывы заградогня, создаваемого соседним сектором. Немецкие летчики отмечали, что "русские снарядов не жалели".
Госпиталь имени Бурденко
Во дворах, скверах и на площадях устанавливались зенитные орудия, в московское небо на высоту 3-5 км поднимались аэростаты воздушного заграждения (в Бауманском районе они базировались на стадионах "Локомотив" и "Строитель" (ныне "Сокол"), в Сыромятниках, на Маросейке и около Красных ворот). Москвичи применяли светомаскировку, а также маскировали самые характерные архитектурные сооружения Москвы, такие, как Кремль или Большой театр, чтобы с воздуха различить их было невозможно, например, купола соборов были покрыты чёрной краской, звёзды на башнях Кремля зачехлены, на Манежной и Красной площадях были установлены фанерные декорации домов.
Бауманский район, находящийся между двумя важнейшими железнодорожными узлами, подвергался интенсивной бомбардировке. Здесь также было много важных объектов оборонного значения. Для защиты района на наиболее высоких зданиях были установлены зенитные батареи, люди, в том числе подростки, дежурили по ночам на чердаках и крышах домов и тушили зажигательные бомбы. Наиболее значительные повреждения получила церковь Вознесения на улице Радио, на купол которой упала фугасная бомба, скатилась и взорвалась на противоположной стороне улицы, посольство Латвии в Машковом переулке (улица Чаплыгина), жилые дома на Мясницкой улице и в Старосадском переулке.
В августе станция метро "Кировская" была переоборудована для работы операторов Генерального штаба – рабочего органа Ставки, остальные три станции и строящаяся станция “Бауманская” принимали население во время бомбежек. В последней еще не было эскалаторов, приходилось спускаться и подниматься по деревянным настилам. Работали также бомбоубежища в жилых домах, предприятиях и институтах. Нередко налеты продолжались подолгу, однажды в бомбоубежище дома № 16 в Гороховском переулке пришлось принимать роды. По счастью, там оказалась врач-акушер Н. И. Сорокина из Института акушерства и гинекологии (МОНИиАГ).
Последний из крупных налетов немецкой авиации на Москву состоялся в ночь с 10 на 11 августа 1941 г. В нем участвовало около 100 бомбардировщиков. До конца 1941 г. немецкая авиация произвела 76 налетов, причем только в девяти из них участвовало 50 и более самолетов, а в 48 рейдах число бомбардировщиков не превышало десяти.
Между тем, к осени 1941 года обстановка на фронте значительно осложнилась. Немецко-фашистские войска захватили Прибалтику, Белоруссию и значительную часть Украины, продвинулись вглубь нашей страны и вышли на подступы к Ленинграду, Москве, индустриальным центрам Донбасса, житнице СССР – Крыму. Враг перегруппировал свои силы и в конце сентября 1941 г. возобновил наступление, главной целью которого по-прежнему была Москва.
Операция “Тайфун”, ставящая целью захват Москвы, началась 30 сентября 1941 года. Гитлеровцы сосредоточили на московском направлении 77 дивизий (треть всех своих сил, находившихся на советско-германском фронте), массированными танковыми ударами прорвали оборону советских войск и 6 октября вышли к Вязьме. Однако стойкость и мужество советских войск, сражавшихся в окружении под Вязьмой и Брянском, сковали крупные силы врага и затормозили его продвижение. То, что бойцы Красной Армии будут ожесточённо сражаться до последней капли крови за каждую пядь своей земли, немцы осознали в первые дни войны. Фельдмаршал В. фон Браухич, главнокомандующий сухопутных войск, записал в своем дневнике: “Своеобразие страны и своеобразие характера русских придает кампании особую специфику. Первый серьезный противник”.
2 октября главные силы группы армий “Центр”, преодолев сопротивление окруженных у Вязьмы частей, вновь перешли в наступление на Московском направлении и, используя преимущество в технике, вышли на ближние подступы к подмосковным городам Волоколамску, Можайску, Наро-Фоминску и Малоярославцу. Ожесточенные бои велись уже в районе Мценска, Калуги, Гжатска. Вместе с кадровыми частями там сражались и погибали бойцы народного ополчения, в том числе и добровольцы 7-й Бауманской дивизии. В этой трудной обстановке Государственный Комитет Обороны решил объединить Западный и Резервный фронты, защищающие Москву, в один Западный фронт и назначил нового командующего - генерала Г.К. Жукова, который до этого успешно руководил обороной Ленинграда.
14 октября немецко-фашистские войска ворвались в Калинин и отрезали от основных сил большую группу войск в районе этого города. 16 октября началась эвакуация из Москвы управлений Генштаба, военных академий, наркоматов и других учреждений, а также иностранных посольств в Ижевск, Саратов, Горький и другие города. В Бауманском районе это были НИИ и учебные институты, КБ Туполева, завод “Манометр”, военно-исторический архив.
Завод Манометр
В этот день гражданское население охватила паника. Десятки тысяч людей тщетно пытались выбраться из города. В ряде учреждений жгли архивы. 20 октября ГКО ввёл в Москве и области осадное положение и комендантский час. Постановление, в частности, предписывало “нарушителей порядка немедля привлекать к ответственности с передачей суду военного трибунала, а провокаторов, шпионов и прочих агентов врага, призывающих к нарушению порядка, расстреливать на месте”. Бауманский район был режимным, и в нем дисциплинарные меры соблюдались очень строго.
После 15 октября в Москве стала ощущаться нехватка продовольствия (хотя продовольственные карточки были введены еще в июле). Это было связано, в частности, с вывозом запасов из города на случай его захвата немцами. Угроза городу была столь велика, что диверсионные группы осуществляли минирование заводов, электростанций, мостов, создавались особые дружины для ведения уличных боев. В Бауманском районе был создан батальон истребительных танков, укомплектованный учащимися танкового училища возле Курского вокзала. На предприятиях организовывались стрелковые отряды, вошедшие в Московскую рабочую стрелковую дивизию, из спортсменов Института физкультуры была сформирована Отдельная мотострелковая бригада особого назначения НКВД. Впоследствии она стала основой диверсионных формирований, посылавшихся на фронт и забрасывавшихся в тыл врага.
6-7 ноября в Москве состоялись, несмотря ни на что, традиционное заседание Моссовета и парад войск на Красной площади, для которого с фронта было специально снято 200 танков, а 15 ноября началось новое наступление гитлеровцев на Москву. После ожесточенных боев им удалось захватить Клин, Солнечногорск, Крюково, Яхрому, Истру. К концу ноября немцы подошли к Москве на расстояние 25 – 30 км. Для обороны Москвы были созданы три фронта: Западный – оборонявший Москву (Г.К. Жуков), Калининский (И.С. Конев) и Юго – Западный (С.К. Тимошенко).
МВТУ им. Баумана
На защиту Москвы поднялась вся страна. Когда в Ставке была получена шифровка о том, что в 1941 г. Япония не выступит против Советского Союза, с Дальнего Востока были сняты три стрелковые и две танковые дивизии, которые спешно погрузились в эшелоны и направились в сторону Москвы. С Урала и из Сибири, из Средней Азии шли эшелоны с пополнением, вооружением, боеприпасами. Из Москвы на фронт выступила почти 50-тысячная армия народного ополчения, сформированная по призыву партийных организаций из оставшихся в городе резервистов. 5-6 декабря части Юго-Западного фронта от Калинина до Ельца ценой невероятных усилий перешли в контрнаступление, благодаря которому фашисты были отброшены от столицы и потерпели ощутимое поражение. В результате успешного контрнаступления к началу января 1942 г. Красная Армия освободила Калинин, Калугу, сотни городов и сел. Всего за месяц фронт был отодвинут от Москвы на запад на 100-250 км.
Победа под Москвой имела огромное политическое и стратегическое значение. Гитлеровская армия, с триумфом прошедшаяся по Европе, потерпела первое крупное поражение с 1939 г. Боеспособность Красной Армии была сохранена, несмотря на просчёты и неудачи в начальный период войны. Под Москвой был окончательно сорван фашистский план "молниеносной войны", развеян миф о непобедимости гитлеровской армии. Провалились расчеты гитлеровцев на непрочность советского общественного и государственного строя, советского тыла. “Уже слова: “Моя Москва” по-русски враг разучивал. Нет, ты возьми её сперва, потом усы покручивай”, - писал поэт Александр Твардовский.
Даже в самые тяжелые для столицы дни осени 1941 г. жизнь в городе не замирала. Все последующие годы войны работали учебные заведения, научно-исследовательские институты, концертные залы, театры, регулярно выходили газеты и журналы, ходил трамвай, открывались станции метро. Москва ни на минуту не переставала быть экономическим, политическим, культурным центром сражающейся страны.
Во время войны Бауманский район занимал одно из ведущих мест в Москве по приему и медицинскому обслуживанию раненых, которых с первых дней войны привозили с Западного и Юго-Западного фронтов на Курский вокзал. С середины октября 1941 г. в Москву стали прибывать большие партии раненых с фронтов начавшегося сражения за Москву. Главный военный госпиталь (с 1946 г. - им. Н.Н. Бурденко) в начале войны был передислоцирован в Горький (Нижний Новгород), а комплекс его зданий, расположенный на левом берегу Яузы, был передан эвакогоспиталю № 90 Юго-Западного фронта.
Вернувшись в Москву в 1942 г., Главный военный госпиталь разместился в Бабушкином переулке (улица Лукьянова) и в двух корпусах Ииженерно-экономического института на Новой Басманной улице. Одновременно он принимал более 700 раненых. В 1943 году госпиталь вернулся в свои здания на Яузе. За годы войны в нем было вылечено 75000 раненых. Главным хирургом-консультантом госпиталя с 1934 г. был Николай Нилович Бурденко, во время войны - Главный хирург Красной армии, Главный невропатолог армии, генерал-полковник медицинской службы. Его имя было присвоено Главному военному госпиталю в 1946 г.
Институт глазных болезней им. Гельмгольца (бывшая Алексеевская глазная больница) на Садовой-Черногрязской улице принимал пациентов с ранениями глаз при воздушных налетах. Когда операционные стало нечем отапливать, оперировали в бомбоубежище, завесив его стерильными простынями.
В глазной больнице им. Гельмгольца
Басманная больница, ныне ГКБ № 6, с первых дней войны обслуживала раненых с ранениями внутренних органов. Из-за раннего наступления холодов в 1941 г. и ужасных зимних морозов пришлось отдать целые отделения под лечение пневмонии, отитов, ангин и обморожений у солдат действующей армии и мирного населения. В целом, благодаря применению современных методик и новых на то время медикаментов, стрептоцида и позже пенициллина, вылечивались до 90% больных. Множество солдат удалось спасти от гангрены.
После эвакуации МВТУ им. Н.Э. Баумана в Ижевск, в Москве остался его учебный военный завод и механические мастерские, которые были на казарменном положении. Здесь день и ночь, в несколько смен шла работа для фронта: изготавливали противотанковые ружья, снаряды, узлы и механизмы для машин, зенитных орудий, самолетов. Во время войны на здание училища было сброшено более 3000 зажигательных бомб и фугасов, но пожаров удалось избежать.
Военная академия химзащиты им. К.Е. Ворошилова как одним из направлений занималась разработкой дымовых и огнеметно-зажигательных средств. На базе ее лабораторий было организовано производство бутылок с зажигательной смесью (“коктейль Молотова”), которые сыграли значительную роль во время Московской битвы.
На базе учебных мастерских Московского института химического машиностроения (ныне Московский государственный университет инженерной экологии) развернулась работа по выпуску корпусных деталей реактивных снарядов для установок БМ-13 "Катюша", противотанковых снарядов, мин. Эта продукция была особенно важна в первые месяцы войны, когда на счету был каждый снаряд.
Студенты старших курсов одного из старейших московских вузов, Московского института инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии (МИИГАиК), были мобилизованы в качестве военных топографов и картографов. Группа студентов оптико-механического факультета была направлена в Свердловск в Военно-воздушную академию им. Н.Е. Жуковского для получения специализации "Фотовооружение" (специалисты аэрофотосъемки).
Предприятия Бауманского района так же работали для Победы. Завод измерительной техники "Манометр" с первых дней войны работал на оборонный заказ. Его продукция использовалась в самоходной военной технике, автотранспорте, самолетах, на флоте. В начале войны завод эвакуировался в Томск, но уже в феврале 1942 г. на его производственных мощностях в Москве было вновь налажено производство, причем были созданы новые цеха - чугунолитейный, по обработке корпусов боеприпасов, стабилизаторов. Завод в Томске также продолжал работу.
Бумаготкацкая фабрика им. Звонкова в Денисовском переулке (ныне в этом здании находится библиотека им. Н.А. Некрасова) производила в войну небеленое полотно для постельного и нательного белья (для госпиталей и раненых), носовые платки, перевязочные материалы. Обувная фабрика "Заря свободы” в Аптекарском переулке выпускала сапоги для фронта. Ткацкая фабрика им. Мартова (ныне Московский ткацко-отделочный комбинат) на Большой Почтовой улице производила байковые одеяла для госпиталей города и портяночную байку. Пуговичная фабрика им. Балакирева на Бакунинской улице выпускала металлические форменные пуговицы и запалы для гранат. Проводимое между предприятиями и их работниками Всесоюзное социалистическое соревнование способствовало увеличению выпуска продукции.
Александр Михайлович Лукьянов
Один из героев-москвичей, чье имя увековечено в названиях московских улиц, лётчик-истребитель Александр Михайлович Лукьянов, жил и работал до войны в Бауманском районе. Он родился в 1919 г. в селе Михайловское Тульской области, в 1934 г. его семья переехала в Москву. После 7 класса Александр поступил в фабрично - заводское училище при знаменитом ЦАГИ, который в то время находился на улице Радио - для него как раз был построен комплекс новых зданий.
"Я хочу быть военным лётчиком, чтобы в нужную минуту защищать Родину с оружием в руках", - писал Александр в своём заявлении в Бауманский райком комсомола. В 1938 г., после окончания аэроклуба, по путёвке комсомола Александр был направлен на учёбу в Борисоглебскую военную школу пилотов. Окончив её, служил в 24-м истребительном авиационном полку, воевал на советско-финской войне, после переподготовки был назначен командиром звена в 159-й истребительный авиационный полк.
В конце июня 1941 г., сразу после начала войны, полк вошел в состав ВВС Ленинградского фронта и приступил к прикрытию с воздуха города на Неве, Новгорода и Волховской ГЭС. В боях под Ленинградом Александр Лукьянов одним из первых пошел на таран вражеского самолета и за это был удостоен звания Героя Советского Союза. На его счету 146 боевых вылетов, 16 воздушных боев, 9 сбитых самолетов противника. Александр Лукьянов геройски погиб в воздушном бою на Волховском фронте.
12 июня 1942 г. в саду имени Баумана состоялось собрание актива Бауманского района, на котором с горячей речью выступила мать героя-истребителя, работница щёточной фабрики Мария Ивановна Лукьянова. Она обратилась с призывом начать сбор средств на постройку истребителя в память о сыне. Вскоре трудящиеся Бауманского района подарили фронту целое звено истребителей с надписью: "Бауманцы - герою Лукьянову!" Мария Ивановна, вручая построенные на собранные средства самолёты лётчикам 240-го истребительного авиационного полка, обратилась к лётчикам: "Я призываю вас, дорогие мои сыны, бейте на этих грозных машинах фашистов, как громил их мой сын, как бьют его все наши гордые соколы".
Вскоре с фронта пришло письмо: "Дорогие товарищи москвичи! Вверенные вами самолёты находятся в надёжных руках сынов нашей Родины. Грозные машины, на бортах которых написано имя Героя Советского Союза А.М. Лукьянова, несут смерть немецким фашистам. Наша часть беспрерывно ведёт боевую работу и беспощадно громит гитлеровцев. На личном счету наших лётчиков числится уже 55 сбитых самолётов противника. В предстоящих боях мы тоже беспощадно будем бить врага до полного разгрома. Смерть немецким оккупантам!"
Имя Героя Советского Союза А.М. Лукьянова присвоено бывшему Бабушкиному переулку в Басманном районе. В школе № 348 оборудован музей боевой славы, где собраны интересные материалы о жизни отважного лётчика. В советское время Бауманский райком ВЛКСМ проводил соревнования среди молодёжных коллективов на право носить имя Героя Советского Союза А.М. Лукьянова.

Читать дальше...