пятница, 28 июля 2017 г.

Федор Черенков

Есть игроки, чьи имена неразделимы с именами клубов, в которых они играли. Такими были Яшин в "Динамо", Стрельцов в "Торпедо", Кипиани в “Динамо”(Тбилиси). Таким был и легендарный полузащитник “Спартака” Федор Черенков. 25 июля знаменитому футболисту исполнилось бы 58 лет.
В конце 1970-х - 1980 годах Черенков был одним из самых популярных спортсменов в СССР. Он был настоящим народным героем. Им восхищались не за титулы и регалии, которые, впрочем, у него тоже были, а за красивую и страстную игру, за радость, которую он дарил зрителям. Черенков прекрасно видел поле, обладал диспетчерскими способностями, хорошо поставленным ударом с обеих ног и был примером профессионального отношения к футболу.
Федор Черенков родился в Москве 25 июля 1959 года в семье рабочего авиазавода. “Мама из Тульской области, папа из Тамбовской, а мы с братом уже коренные москвичи. В детстве ездили туда, но сейчас из деревни все разъехались, нет домов, старики умерли, а молодежь разъехалась, ” - рассказывал Черенков.
Мальчик проявлял свои способности к футболу с раннего детства.
Став взрослым, Федор вспоминал: “Мне было годика три, возился с мячом в кунцевском дворике. Незнакомый мужчина, увидевший мои игры, как-то нашел нашу квартиру. Пришел и подарил мяч. Мой самый первый мяч. Сам я довольно смутно помню, родители рассказывали...”.
Маленький Федя начал играть в футбол в дворовой команде при ЖЭКе, где работала его мама, участвовал в турнире “Кожаный мяч”. “Это же с трех лет – ребята идут куда-то, а я в футбол. Я играл, конечно, и в пинг-понг, и в баскетбол, были же кружки в школе, но как выходил на улицу – только мяч, только футбол. В семь-восемь лет я играл за ЖЭК, ну как сейчас РЭУ, ДЭУ, там дети собирались. И я играл, и как будто бы неплохо. Футбол был всем. Это такая узкая специализация, что в нее ушел с головой – и все уже”.
С 1969 года Федя Черенков занимался в ДЮСШ московского клуба “Кунцево” (первый тренер - М.И. Мухортов). В этой команде он провел два успешных года, а затем тренер направил юного таланта в школу "Спартака" к тренеру А.Е. Масленкину, и тот после первой же тренировки оставил Федю в команде.
“Спартак” во все времена был островком чистого, честного и искреннего футбола. Знаменитый тренер киевского “Динамо” Валерий Лобановский любил повторять, что ему нужна не команда звезд, а команда-звезда. Спартаковцы всегда, при любом составе, при любом тренере умудрялись совмещать в себе и то, и другое. Федя был счастлив – “Спартак” был его любимым клубом: “Я начал болеть за "Спартак" с шести лет, когда отец, спартаковский болельщик, сводил меня в Лужники на матч с киевским "Динамо". Помню, что "Спартак" проиграл - 0:2. Но был полный стадион, и зрелище для меня, мальчишки, неповторимое. Голы забили как раз в те ворота, за которыми сидели мы. Конечно, расстроились. Но я получил от игры столько эмоций, что стал постоянно ходить на матчи с отцом”.
В 1974 году, задолго до того, как стать легендой, 12-летний воспитанник СДЮШОР "Спартак" Федя Черенков снялся в эпизоде детского художественного фильма режиссера Исаака Магитона “Ни слова о футболе”, в котором продемонстрировал свои возможности. Он забил гол ножницами в прыжке через себя, что под силу далеко не каждому взрослому футболисту. В своей книге "Кинопроба" режиссер позже вспоминал, что мальчишка не испортили ни одного дубля и пять раз подряд забивал голы "ножницами". Федор вспоминал: “110 рублей, которые мне заплатили, отдал маме. Но с одним пожеланием - чтобы купила транзистор. И на эти деньги действительно приобрели приемник "Сокол".
В 1977 году Николай Петрович Старостин, присутствовавший на выпускных играх ДЮСШ, пригласил Федора в дублирующий состав "Спартака". И уже через полгода, проведенные в дубле, 19-летнего Федора заметили и стали привлекать к играм с основной командой. После того как “Спартак” вылетел из высшей лиги Чемпионата СССР, туда был приглашен в качестве тренера Константин Бесков, так что своими первыми настоящими футбольными успехами Черенков был обязан именно ему: “Константин Иванович - лучший тренер в мире. Увидел меня среди дублеров - и поверил, что заиграю, хотя я никак внешне не подходил на кандидата в основную команду. Был я худой такой - другой бы тренер даже не заметил…
Бесков разрешал мне импровизировать на поле. Я очень жалею, что в 1987 году он ушел из команды”.
Параллельно с карьерой футболиста Федор учился в Горном институте, который выбрал потому, что там сквозь пальцы смотрели на пропуски занятий из-за футбола. “Однажды к нам в спартаковскую школу - а я как раз в выпускном классе учился - приехала команда этого вуза. Мы с ними и сыграли. Выиграли - 6:1, и нас всех, проведя небольшой экскурс в горное дело, пригласили туда поступать. Меня в институт физкультуры не тянуло, я хотел чего-то нового и более интересного.
И решился. Кстати, единственный. А уж если поступил, то учиться надо по-настоящему. И я не уходил в академические отпуска и закончил институт за пять лет - с 76-го по 81-й. С однокурсниками связь сохранил”.
Федор никогда не сдавал экзамены, используя свой статус и известность. Однажды экзамен в институте назначили в день игры с киевским “Динамо”. “Бесков сказал: "Раз так - езжай". В те годы с этим было жестко - по звонку ничего не сделаешь. Сдал экзамен, еду к ребятам в общежитие. Такси на радостях поймал - так-то на троллейбусе добирался. Попросил водителя включить радио, и слышу, что мы победили 2:1. Можно было праздновать сразу два события!”
“На практике в Приэльбрусье общался с горными проходчиками и инженерами. У этих людей перенял уверенность в себе, крепость духа. Что помогало мне в самые тяжелые моменты”, - вспоминал Федор.
Черенков был центральной фигурой в “Спартаке” Бескова, вокруг него строилась игра. Тренер доверял Черенкову ("Люблю умных игроков"). Умевший бывать беспощадным к непослушным, Константин Иванович никогда не насиловал волю Черенкова. Будучи за пределами футбольного поля очень скромным, тихим и застенчивым человеком, на поле Федор становился дерзким, своевольным игроком, который чаще прислушивался к себе и своей интуиции, нежели к словам тренера. И Бесков мирился с этим – уж слишком талантливым и незаменимым в команде был Черенков.
Восьмидесятые годы ХХ века были временем противостояния Москвы в лице "Спартака", самого сильного московского клуба того времени, Киеву. Фаворитами по объективным причинам считались киевские динамовцы. Дело было даже не в том, что Лобановский свой футбол декларировал как современный, а футбол Бескова считал вчерашним днем – у киевлян возможности для комплектования были гораздо лучше. И любимец Бескова являлся его всегдашним козырем в матчах против Лобановского.
Федор Черенков отличался филигранной техникой. В “Спартаке” в то время была очень техничная команда (Дасаев, Хидиятуллин, Шавло, Гаврилов, Родионов), но он выделялся даже на этом фоне. Его легкость и эстетика обращения с мячом вкупе с нестандартным футбольным мышлением заставляли публику ахать от восторга. Черенков никогда не бил сильно, все голы забивал мягко, предпочитая либо несильно бить низом, либо перебрасывать мяч через вратаря. Он был живым воплощением спартаковского стиля и духа.
“Спартаковская игра основывалась на контроле мяча и на быстрой атаке, то есть владеть инициативой, но не просто держать мяч, а целенаправленно атаковать ворота соперника. Это если простенько выразиться”, - вспоминал позднее Федор Федорович.
"Спартак" начала и середины 1980-х играл в очень привлекательный футбол: длинные веерные атаки, игра низом, короткий пас, яркие, умные комбинации и, конечно, фирменные "стеночки", а “десятка” "Спартака" был мозговым центром команды, выдающимся ассистентом. Вскоре Федор стал буквально незаменим для красно-белых. “Без Феди, как без рук”, - говорили спартаковцы.
Многие считали Черенкова “русским Пеле”. Он проделывал с мячом такое, чего другие не могли.
Именно благодаря ему “Спартак” четырежды – в 1979-м, 1987-м, 1989-м и 1993-м – завоевала золото чемпионата страны. Также он одержал победы в борьбе за кубок СССР в 1980 году и за кубок России в 1994-м. При этом в Федоре никогда не было никакой заносчивости, пафосности. За это его любила вся страна - не только как большого футболиста, а как хорошего парня из соседнего двора с добрым сердцем и широкой душой.
"Хозяин положения не тот, кто находится с мячом, а тот, кто себя предлагает", - любил говорить он [Бесков]. Если нападающий открылся и предложил себя, я обязан помочь ему удобной передачей. Не забил - значит, не он, а именно я, пасующий, должен думать, какую совершил ошибку. На этом принципе строилась игра "Спартака", - рассказывал в интервью Черенков.
Матч в честь 30-летия открытия стадиона "Маракана" и 10-летия победы бразильцев в девятом чемпионате мира 12 июня 1980 года собрал 130 тысяч зрителей. Был изготовлен роскошный кубок ценой в 30 тысяч долларов, и почти все думали, что он останется в Бразилии. Но у советских футболистов были другие планы.
Федор Черенков потом вспоминал первые минуты встречи: “Больше половины первого тайма бразильцы делали с нами все, что хотели. Тут такое закружилось! На 22-й минуте гол нам забил Нуньес, а еще через шесть минут судья назначил пенальти в наши ворота”.
На воротах в том матче стоял прославленный советский вратарь Ринат Дасаев, который, угадав направление удара, прыгнул в сторону мяча, но снаряд прошел мимо ворот. После нереализованного пенальти сборная СССР завладела инициативой, и на 32-й минуте Федор Черенков сравнял счет. А еще через шесть минут мяч в сетку головой забил Сергей Андреев, его гол стал победным.
“Я с детства бредил бразильцами. Перед самой поездкой в Рио вышла книга “Чаша Мараканы”, и я просто проглотил ее. Для меня это был матч-мечта. Самое приятное, что весь второй тайм мы играли с кудесниками мяча на равных и победили заслуженно. Единственное, что испортило впечатление, - реакция бразильских болельщиков. Они свою великую команду освистали. Мне даже жалко было бразильских игроков”, - рассказал после матча Федор Черенков.
29 сентября 1982 года состоялась ответная встреча 1/32 финала в рамках Кубка УЕФА “Арсенал” – “Спартак” - 2:5. Игра проходила на старом стадионе “Арсенала” – “Хайбери”. Домашнюю игру “Спартак” выиграл со счетом 3:2, отыгравшись со счета 1:2. В ответной игре красно-белые разгромили “Арсенал” в его родных стенах. В том матче Черенков отдал три голевые передачи, забил гол и буквально влюбил в себя родоначальников футбола.
Это была одна из лучших игр того “Спартака”, который сейчас вполне можно назвать легендарным. Если бы в то время действовали современные трансферные законы, после матча английские топ-клубы конкурировали бы, пытаясь заполучить советского гения. Впрочем, зная Черенкова, его скромность и преданность “Спартаку”, можно не сомневаться, что он отверг бы любые предложения.
27 апреля 1983 года состоялся отборочный матч к чемпионату Европы 1984 года СССР – Португалия. Стадион “Лужники” был набит до отказа, такого ажиотажа он не помнил с самой Олимпиады 1980 года. Сборную СССР для участия в ЧЕ-1984 в этой встрече устраивала только победа, и советские футболисты буквально уничтожили национальную команду Португалии. Первый гол в этом историческом матче забил именно Черенков на 16-й минуте матча. На 23-й минуте он оформил дубль. До конца матча советские футболисты забили еще три мяча, установив окончательный счет встречи 5:0.
Как вспоминал потом Фёдор Фёдорович, тогда они с тренером сборной Лобановским в первый и последний раз говорили один на один – исключительно о тактике. “В Новогорске вызвал перед матчем с Португалией. Спросил: "Знаешь, на какой позиции будешь играть?". Я догадывался. "Крайнего хава", - отвечаю. "А ты знаешь, кто против тебя выйдет на фланге?" - "Думаю, Шалана". Все”. Черенков вышел на фланге, а не в центре, но это не помешало ему стать лучшим в составе выдавшей фантастический матч советской сборной.
Бирмингемская “Астон Вилла” являлась в 1983 году обладателем Кубка европейских чемпионов. В домашней игре против английской команды “Спартак” добился ничьей - 2:2. Выход в 1/8 Кубка УЕФА решался в выездной встрече 2 декабря. Красно-белые пропустили гол уже на первой минуте игры. Но на первой минуте второго тайма счет эффектным ударом сравнял Черенков. Весь матч советская команда выглядела превосходно, и буквально за минуту до конца встречи Черенков оформил дубль.
“Когда я забивал "Астон Вилле", у меня была необычная прическа - химическая завивка. До того года носил челку, а тут парикмахер с женой уговорили поэкспериментировать. Я согласился, и Константину Ивановичу очень понравилось. Где-то года полтора делал себе эту завивку. А потом подумал: зачем мне химия? Надо быть естественным.
В "Астон Виллу" меня после того матча звали. Я отослал гонца к спартаковскому руководству… Но я сразу решил: если бы ушел из футбола насовсем, мог бы выбирать любую работу, но пока в футболе - буду до конца служить "Спартаку".
В памятном 1983 году Черенков сыграл 33 матча за “Спартак”, 8 матчей за первую сборную, 4 за олимпийскую, 6 матчей в Кубке УЕФА и был признан в СССР лучшим футболистом года. Однако подобный перегруз едва не привел к окончанию футбольной карьеры в 24 года.
Первый приступ болезни случился с Черенковым 21 марта 1984 году, перед матчем “Спартак” - “Андерлехт” (Бельгия), который игрался в Тбилиси. Бесков снял его с игры, а Федор едва не выпрыгнул с 16-го этажа, до смерти напугав персонал гостинице “Аджария”. У Черенкова диагностировали психическое расстройство, которое обострялось весной и осенью, особенно по чётным годам, когда футболист был вынужден ложиться на лечение в стационар. Из-за этого яркие сезоны приходились у Черенкова на нечётные годы, и он не попал ни на один чемпионат мира и Европы. Врачи предполагали, что это следствие частых микротравм головы, полученных при игре в футбол.
“Раньше думал, что болезнь моя началась не от перегрузок в 83-м году, когда я играл и за клуб, и за первую, и за олимпийскую сборные, - вспоминал Черенков. - Предполагал иные причины. Но потом пришёл к выводу, что дело было именно в перегрузках. Помню, с каким трудом восстанавливался после лечения в первый раз. Под воздействием лекарств организм был истощён. Было ощущение, что на ногах висели пудовые гири”. “Оиец” “Спартака” Николай Петрович Старостин говорил о Федоре: "Хорошему человеку всегда не везет".
Но Черенков возвращался снова и снова. В 1985 году, проиграв дома французам в матче Кубка УЕФА, “Спартак” не смог пройти дальше по турнирной сетке, но благодаря стараниям Черенкова держал интригу до последнего, заставляя “Нант” играть на отбой на своём стадионе. В этой встрече Фёдор забил один из самых известных и красивых своих голов - подхватил мяч у штрафной, обвел одного француза, второго, потом обыгрался с Гавриловым и блестящим ударом послал мяч в сетку. В том же году Федор Черенков был награжден орденом "Знак Почета".
Пока Черенков блистал в чемпионате СССР, сборная, состоявшая почти полностью из игроков киевского “Динамо”, достигла без него самого высокого уровня игры за все время существования. По своему футбольному интеллекту и пониманию игры Федор Черенков просто обязан был постоянно играть в сборной, но он сравнительно редко привлекался в нее. Было очевидно, что при более скромных, чем у киевлян, функциональных возможностях он доктрине Лобановского не соответствует.
“Спокойно я к его выбору относился. Ну что поделаешь, если футбол Лобановского и в киевском "Динамо", и в сборной базировался, как правило, на основе динамики. Валерия Васильевича я понимаю - он четко придерживался своей линии, брал тех исполнителей, которых знает и в которых уверен. Требовались ему игроки, способные бежать на последней минуте, как на первой, и чтобы он был уверен, что они выполнят все те требования, которые им он предъявляет. А это - его киевские динамовцы, которых он знал лучше”.
В начале 1980-х Лобановский пытался вписать Черенкова в состав, но после возвращения в сборную в 1986-м не испытывал особых иллюзий о “совместимости” Черенкова и сборной. Также не пригодился сборной и знаменитый плеймейкер тбилисского “Динамо” Давид Кипиани. Это объяснялось тем, что их игра была творческой, они часто импровизировали на поле, а у Лобановского механизм игры был настолько выверен и доведен до автоматизма, что креатив не слишком приветствовался.
Подводило и здоровье. "В 1986 году я уже собирался ехать в Мексику. И за неделю до этого произошла смена тренеров. И взяли в сборную практически все киевское "Динамо". Я, видимо, не подходил их игре. Не знаю, слухи ходили, что медицинская комиссия якобы писала, что я долгое время не могу работать на сборах. А длительные сборы – это же "конек" Лобановского", - вспоминал Федор Черенков.
Легендарный спартаковский вратарь Ринат Дасаев вспоминал впоследствии: “Думаю, Лобановский, зная проблемы Фёдора со здоровьем, просто боялся его перегрузить. Он всегда у нас интересовался: “Как там Фёдор?” - причём не формально”. Георгий Ярцев констатировал: “Часть феномена народной любви к Черенкову – и в нежелании какого-то тренера брать его в сборную, когда он – лучший футболист страны. Люди же не знали определённых проблем и думали, что это – знак неуважения к человеку, который радует миллионы”.
В 1989 году “Спартак” выиграл чемпионскую гонку у “Днепра”, теперь уже под руководством начинающего тренера Олега Романцева, а Черенков был капитаном и стал лучшим футболистом сезона. Ключевым стал очный матч лидеров, сыгранный задолго до конца сезона. В первом тайме “Спартак” перебегал гостей, Черенков здорово разобрался в штрафной и открыл счёт, а вскоре ещё одну отличную комбинацию завершил Родионов. После этого на пути к титулу красно-белых уже не существовало препятствий.
Судьбу золотых медалей “Спартаку” выпало решить в домашней игре с киевским “Динамо”. Последнее союзное чемпионство "Спартака" и первое Олега Романцева было завоевано в матче, который стал легендой. Для соперника встреча турнирного значения не имела - при любом исходе киевляне оставались на третьем месте. А вот “Днепр” еще мог достать москвичей. Наверное, динамовцы хотели помочь землякам - матч выдался на редкость упорным. Решающий гол забил спартаковец Валерий Шмаров ударом со штрафного.
“Был уже конец матча, и на меня в ту минуту накатила нечеловеческая усталость, – вспоминал впоследствии Черенков. - В голове произошло... затмение, что ли. Оперся руками о колени - и отключился на секунду. Потом поднимаю голову, вижу, как Валера подходит к мячу. А когда тот влетел в "девятку", испытал столько всего разом! И громадное счастье, и опустошение!”
“Сначала у нас Гена Морозов хотел пробить, а Шмаров подошел и ударил. Этот матч не забыть никогда…”
В 1990 году Черенков сыграл за сборную лишь два матча на отборочной стадии к чемпионату мира, а на финальный турнир не поехал. Чемпионат сборная провалила. Были названы такие причины, как отсутствие травмированного Михайличенко и непривлечение лучшего футболиста 1989 года Черенкова.
Лобановский ушел из сборной, но Черенкову было уже за тридцать, и его футбольная карьера клонилась к закату. Сам он вспоминал: “В 90-м году люди говорили, что Лобановский мог бы взять меня на чемпионат мира. У меня же такой мысли вообще не появлялось. И вот почему. После удачного сезона-89, когда мы стали чемпионами, у меня наступило страшное внутреннее истощение. И в 90-м мысли мои были не о сборной, а только о том, как бы набраться сил, чтобы опять захотеть играть в футбол. Поэтому на Лобановского я не в обиде”.
Надо сказать, что Федор очень уважительно относился к Лобановскому и считал его талантливым тренером (“Лобановский выбирал тех людей, которые подходили под его видение игры. Я его понимал”), но всё же Бескова ценил и любил больше.
Как и многие его коллеги, Черенков уехал за рубеж – играть за парижскую команду второго дивизиона “Red Star”. Вот как комментировал это решение сам Федор: "Просто мы с Сережей Родионовым хотели играть вместе, и нам хотелось попробовать себя в зарубежном футболе. Раз уж заканчиваешь играть в футбол – хоть заработать что-то себе. Игра у меня там не сложилась. Очень тяжелым был для меня тот год".
Бывший президент клуба “Red Star ” Жан-Клод Бра вспоминает: “Он полностью здесь потерялся. Федор не понимал, где находится. Однажды мы приехали на матч в Ланс, и Федор не захотел заходить на стадион. Думал, что это бездонный бассейн. Я сразу сообщил в посольство СССР, что Федора должен осмотреть психиатр. Поэтому Черенков отправился в Россию”. И в то же время: “Когда Федор касался мяча, казалось, он парит над полем. Это был гений. Футбольный гений. И это бесспорно. Федора в клубе все обожали. Персонал, игроки расстроились, когда ему пришлось уехать. Потому что тем, как он играл, тренировался, Черенков всех тянул вверх”.
Сам Федор Федорович не любил вспоминать о французском периоде карьеры: “…четыре месяца в Париже вспоминать трудно, сплошное темное пятно. Уставал на тренировках так, что не мог выучить элементарные слова на французском. Приходил в гостиницу, открывал учебник, читал-читал - и отключался. Перегрузки были колоссальные. Поэтому сезон 92-го пропустил целиком. Восстанавливал здоровье”.
Прощальный матч Черенкова
В 1993 году Федор со “Спартаком” выиграл золото чемпионата России. В том сезоне 34-х летний Черенков выходил на поле 31 раз. 23 августа 1994 года в Москве на стадионе “Динамо” прошел прощальный матч Черенкова в “Спартаке”. Со всех концов страны съехались проводить его 35 тысяч зрителей, и это при том, что в то время на лучшие игры высшей лиги собиралось не более 15 тысяч человек. Соперником “Спартака” выступил итальянский клуб “Парма”. Его футболисты были поражены, поняв, что полный стадион "Динамо" собрался не ради них – финалистов Кубка Кубков и обладателей Суперкубка Италии, а ради одного человека, который заканчивал этим матчем футбольную карьеру.
Рыдающие трибуны, море цветов, блестящая игра Черенкова - все было в тот вечер в Петровском парке. После матча игроки “Спартака” пронесли Черенкова вокруг стадиона на руках. Играла музыка – исполнялась песня “Виват, король!”, написанная ранее для прощания с другим великим советским футболистом – Олегом Блохиным, но невероятно подходящая к случаю.
Один из современных интернет-блоггеров, ставших свидетелем прощального матча Федора Черенкова, вспоминает: “Черенков стоял под холодным весенним дождем в плотно прилипшей к телу футболке, а на фотографиях получился в просторной кожаной куртке. Ее накинул ему на плечи - причем жестом это движение не назовешь, раз никто его не заметил, - Олег Иванович [Романцев]. Мне показалось, что бывший партнер, покинувший команду более чем десятилетием раньше, лучше всех проникся состоянием чествуемого - внезапным одиночеством посреди торжества в честь того Федора Черенкова, которого больше не будет, от которого сам же виновник торжества сейчас и уедет в безвестность никого никогда не заинтересующей частной жизни на подаренном ему красном джипе” (http://football711.livejournal.com/1135.html).
Генеральным спонсором прощального матча стала компания “МММ”, подарившая Черенкову в перерыве матча внедорожник Mitsubishi Pajero красно-белой расцветки. Когда однажды журналисты поинтересовались у Федора, где машина, он ответил: “Продал. Мне было неловко перед соседями разъезжать на таком большом автомобиле. Уж очень броский. Мне нужно что-то попроще”.
Вместо “Митцубиши” футболист купил “Волгу”, а когда ее угнали, без драматизма стал ездить на метро. В 2007 году пожелавший остаться неизвестным болельщик, о котором известно только, что зовут его Александр, подарил Черенкову десятую модель “Жигулей”. “Что тут скрывать – я был приятно удивлен, когда это произошло. Александр пригнал машину к моему подъезду, пришел с уже готовыми документами. Мне оставалось только поставить подпись. Он представился как спартаковский поклонник, но сказал, что подарок этот не лично от него, а от болельщиков "Спартака".
Когда Федор уходил из футбола, ему подарили квартиру в престижном районе Москвы. Но когда Черенков хотел туда вселиться, выяснилось, что эта квартира уже занята. В нее въехал родственник крупного столичного чиновника. Черенков не стал устраивать скандал и молча отошел в сторону. Однако в итоге вопрос решился в пользу футболиста.
В сентябре 1994-го, через месяц после своего прощального матча, Черенков женился на своей второй жене – Ирине Федосеевой. Она работала в налоговой инспекции, там они и познакомились. От первого брака у Ирины рос сын Денис.
“Федор относится к моему ребенку как к родному, - говорила Ирина. - Отдал в футбольную секцию, иногда сам гоняет с ним мяч во дворе”. Сам Федор впоследствии рассказывал: “Лучшая новогодняя ночь, которую вспоминаю часто - когда сидели втроем: я, жена и ее сын Денис. Очень душевно”.
В день бракосочетания Ирина с Федором из-за пробок опоздали в загс и приехали туда чуть ли не к закрытию. Сотрудники загса уже собирались уходить, но ситуацию спас нападающий “Спартака” Сергей Родионов, который сказал им: “Вы хоть знаете, кто к вам едет? Это же лучший футболист России! Гений, самородок! Вы потом жалеть будете, что он распишется в другом загсе”. Сотрудники все же дождались молодых. Черенков долго извинялся за опоздание и обаял всех, даже уборщицу, которая ворчала до этого больше других.
Первой супруге Ольге Федор оставил квартиру и все вместе нажитое добро. Ольга злилась на него, пыталась запретить дочери видеться с отцом, но единственная дочь Настя очень его любила и переживала, когда родители расстались. Настя часто ходила на стадион, приезжала к папе домой, а когда вышла замуж и сама родила дочь, вместе с отцом крестила свою девочку. Черенков стал дедом в 41 год.
В апреле 1995 года распоряжением Президента России Черенков был награжден поощрительной грамотой в связи с 60-летием спортобщества "Спартак", а в июне - орденом "Спартака" за преданность спортивному обществу. Черенков сыграл за красно-белых в общей сложности 514 матчей, что никому не удавалось ни до, ни после него.
Карьера в качестве тренера у Федора Федоровича не задалась: мастер оказался слишком мягким по характеру для того, чтобы руководить молодыми спортсменами. “Этот характер не дает мне возможности быть руководителем, тренером. Где нужно требовать, спрашивать. Не могу сказать, чтобы я от этого сильно страдал, но переживал”.
Кроме того, подвело здоровье: Черенков перенес тяжелейшую операцию, после которой вынужден был прекратить работу в спартаковской школе. Впоследствии он подрабатывал там консультантом, получал от “Спартака” персональную пенсию - 13 тысяч, которую затем повысили до 16-ти, но совсем бросить футбол не мог: участвовал в матчах за команду ветеранов клуба и даже играл в футбол с парнями во дворе.
“Футбол такая игра... Вы знаете, я приезжаю, например, ребята играют на коробочке.
- Ребят, можно поиграть, я посчитал, у вас одного не хватает.
- Заходи, играй!”
Рассказывали такую историю: перед знаменитым матче Лиги чемпионов "Спартак" – "Арсенал" в 2000 году равнодушный к футболу охранник в "Лужниках" не пускал Федю на игру. Твердил: "Где билет?" Федор уже разворачивался, чтобы уйти, он никогда не устраивал скандалов и истерик и терпеть не мог привлекать к себе внимание. Однако болельщики, заметившие скромную звезду, едва не затоптали охранника. Они подхватили Черенкова на руки и буквально внесли на трибуну.
Сергей Борисов, пресс-офицер УЕФА, вспоминал, как однажды во время Eвро-2008, когда команда Гуса Хиддинка тренировалась в Леоганге на местном стадионе, он и его коллега услышали тихий смущенный голос – это был Черенков. Застенчиво, чуть ли не с готовностью к отказу, мастер спросил, можно ли ему пройти туда, к полю. Побыть рядом со скамейкой, с футболистами. У них замерло дыхание – сам Черенков смиренно просит разрешения подойти поближе к игрокам!
В 2009-м проходила юбилейная предновогодняя встреча четырех поколений спартаковских чемпионов – 1969, 1979, 1989 и 1999 годов. Почти все подъезжали – или их подвозили – на машинах. И вдруг откуда-то из кустов, очень скромно одетый и явно продрогший, вышел Черенков. Все изумились: "Федя, тебя никто подвезти не мог?!" Тот, как всегда, махнул рукой: "Да зачем? Сам дойду…" В этом был весь Черенков...
В 2000-х годах Федор провел некоторое время в монастыре в Новгородской области. Черенков вспоминал: “Прежде не мог в церкви долго находиться. На меня что-то давило и будто выталкивало наружу. Но все изменилось, когда зашел в храм, который располагался на территории больницы. Понял, что должен позаботиться о своей душе, прийти к Богу - и почувствовал там себя легко и умиротворенно. Меня туда тянет, чему очень рад. Если не буду забывать, что все ниспослано Богом, что должен воспитывать в себе терпение и помогать другим так, как помогали мне, что надо ходить в церковь и молиться, - есть надежда, что болезнь отступит. И все у меня будет хорошо”.
К своей болезни Черенков относился стоически: ”В жизни меня все устраивает, всего хватает. Стараюсь работать над собой, избавляться от грехов – к примеру, уныния. Если болезнь мне дана, то дана для чего-то. Ничего случайного не бывает. И я должен пережить её – и никогда уже не отходить от заповедей Божьих. И всегда помнить, что добро облагораживает, а зло уничтожает”.
31 августа Черенков играл за ветеранов "Спартака" в подмосковных Котельниках, а меньше, чем через месяц, 22 сентября 2014 года, потерял сознание у своего подъезда по адресу улица Саморы Машела, д. 4, корп. 3. К этому времени он уже несколько лет был разведен и жил один. На машине скорой помощи его доставили в ближайшую больницу. Врачи диагностировали у Федора гипотонию неясного генеза. Две недели он провел в коме, лишь иногда открывая глаза, рядом все время с ним находились дочь Анастасия и младший брат. Смерть была констатирована в 7:48 утра 4 октября 2014 года, её предположительная причина - опухоль головного мозга. Федору Федоровичу было 55 лет.
Бывший игрок московского “Спартака” Сергей Шавло назвал смерть легендарного спартаковца Фёдора Черенкова огромной потерей для всего отечественного футбола. “Это шок для всех нас. Федор – это человек, который олицетворял собой “Спартак”. В честь него названа Академия, в которой занимаются талантливые ребятишки… С Фёдором мы начинали возрождение “Спартака” в 1978-м году. Добрый, отзывчивый, скромный человек. На поле мог и умел всё. Недаром получил звание народный футболист. Его любили миллионы болельщиков – и не только “Спартака”.
Мы всегда ощущали эту любовь – в том числе, когда ездили на ветеранские турниры - в другие города и даже другие страны. Недавно у него был юбилей – 55 лет. Никто не может поверить, что теперь Фёдора с нами нет. Это огромная потеря для всего советского и российского футбола и для “Спартака”. Светлая память о Фёдоре навсегда останется в наших сердцах…”, - заявил Шавло.
Бывший полузащитник “Спартака” Андрей Тихонов назвал Фёдора Черенкова одним из лучших футболистов истории отечественного футбола. “С Черенковым связано много воспоминаний. Все эти воспоминания - чистые, светлые. Светлая память Фёдору Черенкову. Для меня он футболист с большой буквы. Один из лучших в истории нашего футбола. И человек с большой буквы. Потому что у него были удивительные человеческие качества”.
Журналист и комментатор Василий Уткин написал о Федоре Черенкове: “Фёдор был и есть, и останется футбольным святым. Даже блаженным, что, возможно, точнее. Когда говорят «гений», многим кажется, что это крайняя степень величия; нет, гений – это когда человек одарен сверх меры и это в нем проявляется практически само по себе, вне связи с личностью. Когда через человека с нами говорит Бог; тут личность стушевывается, она только мешает”.
Бывший футболист “Спартака” Егор Титов после смерти Черенкова написал в твиттере: “Уходят кумиры! Уходят легенды! Уходит целая ЭПОХА! Ты был велик, Ф.Ф.Черенков!!!
Великим и ушел”.
Киевское “Динамо” выразило соболезнования в связи со смертью прославленного советского футболиста, что при нынешней политической ситуации стоило дорогого. “Матчи с участием этого легендарного футболиста в составе московского “Спартака” против киевских динамовцев всегда были украшением соревнований любого ранга. Выражаем искренние соболезнования родным, близким, друзьям покойного”, - говорилось в заявлении официального сайта украинского клуба.
Изначально на панихиду отвели два часа, но люди шли три с половиной часа, пока полиция не перекрыла все пути. К Феде пришло больше народу, чем к самому Николаю Петровичу Старостину или Константину Ивановичу Бескову – около 15 тысяч, что лишь подтвердило огромную народную любовь к этому выдающемуся футболисту и достойному человеку.
Плакали пожилые спартаковцы, стоящие у гроба в почетном карауле. Склонив головы, прошли игроки команды “Спартак” – не только россияне, но и иностранцы. Пришли на панихиду и игроки конкурирующих со “Спартаком” команд – “Зенита”, “ЦСКА”, “Динамо”, а также их болельщики. Большая панихида прошла и на Троекуровском кладбище.
Журналист Игорь Рабинер написал: “Пусть земля тебе будет пухом, любимый народный футболист.
Мы должны быть счастливы, что видели тебя. Как полвека назад наши отцы и деды – Стрельца [футболист “Торпедо Эдуард Стрельцов”]. Который однажды сказал: "Черенок – это Игрок".
Такой, как ты, больше не родится. Но, может, родится – или уже родился – кто-то еще. Иначе не может быть. Потому что это – жизнь. А она продолжается” (“Спорт-Экспресс”. – 6.10. 2014).
12 октября 2015 года около спартаковского стадиона “Открытие Арена” был торжественно установлен памятник Федору Черенкову. Южная трибуна теперь носит его имя.