пятница, 24 ноября 2017 г.

Предприниматели Басманной слободы: Перловы

В начале Мясницкой улицы, на ее правой стороне, можно видеть удивительное здание, похожее на старинную китайскую шкатулку. Крышу дома украшает башенка в виде двухъярусной китайской пагоды, фасад покрыт лепными изображениями драконов, змей, китайских зонтиков и фонариков, украшен черепицей. Это старейший чайный магазин в Москве, и до революции он принадлежал чаеторговцам Перловым.
Родоначальником рода Перловых был купец Рогожской слободы Иван Михайлов сын, ещё не носивший фамилию Перлов. Родился он в 1700 году и в 25 лет числился тяглецом Сретенской сотни, имевшим собственные торги, а к 52-м годам стал московским купцом 2-й гильдии. К торговле чаем Иван Михайлович не имел никакого отношения, но именно он накопил капитал, который позволил его сыну Алексею Ивановичу в 1787 году открыть в Москве розничную торговлю чаем в Торговых рядах на Красной площади.

Первый слух о существовании у китайцев диковинного напитка из сушеной травы прошел еще в XVI веке, в 1567 году, когда казачьи атаманы Иван Петров и Буриаш Ялышев побывали с экспедицией в Китае. Кроме членов этой экспедиции тогда никто не проявил интереса к чаю. Началом истории чая в России можно считать 5 сентября 1638 года, когда российский посол Василий Старков привёз чай в подарок от западномонгольского Алтын-хана. ”Не знаем, листья какого дерева или травы, но варят их в воде”, – сообщил Старков государю Михаилу Федоровичу. Царь пригласил бояр на дегустацию “сушеных листьев”, и все сидевшие за столом были очарованы бодрящим ароматным напитком.
В 1698 году был подписан Нерчинский торговый договор, согласно которому определялась граница между Россией и Китаем по реке Аргуни. Чуть позже с Китаем был подписан новый договор о частной беспошлинной торговле между государствами. По настоянию китайской стороны торговля должна была проходить через одну точку на установленной границе. Для этих целей в 1728 году на российской границе была образована торговая слобода Кяхта, а в 1730 на китайской стороне – торговое поселение Маймачен. Из России в Китай везли пушнину, из Китая в Россию – ткани, а также дорогой и все еще не слишком популярный у русского народа чай.
Караван везет чай из Кяхты в Москву
Алексей Иванович стал продавать чай дешевле других чаеторговцев и в любых количествах, сколько потребно покупателю. Снизить цены ему позволил отказ от услуг посредников и открытие в Кяхте собственной конторы по закупке чая у китайцев. Этот аристократический напиток постепенно не только стал популярен у простого населения, но и превратился в “православный”, истинно национальный символ, который в дореволюционной России противопоставлялся водке.
А.И. Куприн писал: “Искусство заваривать чай - великое искусство. Ему надо учиться в Москве. Сначала слегка прогревается сухой чайник. Потом в него всыпается чай и быстро ошпаривается кипятком. Первую жидкость надо сейчас же слить в полоскательную чашку, - от этого чай становится чище и ароматнее <...> Затем надо вновь налить чайник до четверти его объема, оставить на подносе, прикрыть сверху полотенцем и так продержать три с половиной минуты. После долить почти доверху кипятком, опять прикрыть, дать чуточку настояться - и у вас <...> готов божественный напиток, благовонный, освежающий и укрепляющий” (“Яма”).
В 1807 году в признание заслуг Алексея Ивановича в популяризации чая, в том, что Россия превратилась в чайную державу, распоряжением Сената ему было позволено принять фамильное прозвище “Перлов” (от слова “перл” - жемчуг) в качестве официальной фамилии.
Согласно семейной легенде Перловых, в древности на дне реки Яузы, в районе Алексеевской слободы, где проживал Иван Михайлович, можно было найти раковины с жемчугом. Предположительно, предки Перловых занимались добычей и переработкой жемчуга, отсюда и пошла фамилия этих “чайных королей”.
По объявленному капиталу - 5 тысяч 20 рублей - купец Алексей Перлов состоял во второй гильдии. Это давало ему право оптовой и розничной торговли по всей России. От брака с Прасковьей Николаевной Червленой у него родилось три сына - Василий, Михаил и Иван. Они продолжили дело отца. С 1816 года лавки Перловых находились в Старом Гостином дворе, а с 1823 года ещё и на Ильинке в Ножевой линии. Помимо чая, в них торговали также сахаром, чтобы за ним не надо было далеко ходить.
В 1821 году вышел так называемый указ Александра I, позволявший “производить продажу чая в трактирных разного рода заведениях с 7 часов утра до 12 часов пополудни и держать в ресторациях чай”. Несколько позже, во время царствования Николая I, посетивший Россию французский путешественник Астольф де Кюстин отмечал: “Русские, даже самые бедные, имеют дома чайник и медный самовар и по утрам и вечерам пьют чай в кругу семьи <…> Деревенская простота жилища образует разительный контраст с изящным и тонким напитком, который в нем пьют”.
Василий Перлов
В 1830 году Василий Перлов перешёл в первую купеческую гильдию, вступление в которую дало ему возможность вести оптовую торговлю не только в России, но и за границей, а также право устраивать фабрики и заводы. Михаил же, напротив, вышел в 1835 году из дела. В качестве его доли ему отошёл родовой дом на Большой Алексеевской.
Первой женой Василия в 1811 году стала Вера Кузьминична Половинкина. Двадцати лет от роду она умерла, оставив сиротой дочку Александру, которую позже сосватали за мануфактурщика Ф.А. Мазурина.
Второй женой Василия Алексеевича стала Елена Семеновна Алексеева, дочь коммерции советника С.В. Алексеева, родоначальника династии купцов Алексеевых. Она прожила чуть дольше - 29 лет, оставив мужу сыновей Семена и Флорентия.
В третий раз Василий Алексеевич женился на Елизавете Петровне Тугариновой. Елизавета Петровна прожила 25 лет. От этого брака родились дочь Пелагея и сыновья Петр и Сергей.
Перловы исстари жертвовали на храмы, учебные заведения, стипендии, приюты, народные столовые и т.д. Василий Алексеевич служил гласным Московской думы, заседателем Уголовной палаты и Приказа общественного призрения, экспертом Московской таможни, директором конторы Коммерческого банка, членом Коммерческого совета, член - благотворителем Московского коммерческого училища. В 1856 году он стал жертвователем средств на сооружение памятников и храма в честь героев Севастопольской обороны в Крымскую войну.
В 1860 году Василий Алексеевич основал Торговый дом “Василий Перлов с Сыновьями”. В лавках Перловых продавали чай по сортам, что улучшило его качество, и только по установленным для каждого сорта ценам. Когда страну наводнили некачественные подделки, под нажимом Перловых был принят закон, обязывающий чаеторговцев продавать чай только в пачках с указанием фирмы и даты упаковки.
Черный чай был во все времена популярнее в России, чем более дорогой зеленый, однако в XVIII веке высококачественный зеленый чай занимал свою нишу в чайном импорте. Но в 1860–1880 годах разница в цене качественного зеленого и черного чаев составила 6–10 раз, что привело к почти полному прекращению импорта зеленого чая.
В Россию попадали редкие китайские чаи, например, желтый китайский “императорский” чай, который китайцы продавали только русским и только за меха, дорогие “цветочные” (типсовые) чаи, кирпичный чай, которого по массе ввозилось почти столько же, сколько черного.
Б. Кустодиев Купчиха за чаем
“С 1863 по 1873 год в Янлоудуне было построено три фабрики по обработке чая: Шуньфэн, Синьтай и Фучэн. Конкурируя с английскими торговцами, завышавшими цену на чайные листья в несколько раз, русские предприниматели осуществляли обработку чая прямо на месте его сбора, а затем экспортировали его транзитом через Ханькоу. В 1874 году три основанные русскими фабрики по обработке чая были переведены в Ханькоу. Рядом с фабрикой Шуньфэн, располагавшейся на берегу Янцзы, был построен торговый порт, первый из трех торговых портов Уханя. С 1874 года российские предприниматели для изготовления “чайных кирпичей” начали использовать паровые машины и водяные прессы, а основанные российскими подданными фабрики стали первыми современными предприятиями Уханя и положили начало промышленному развитию города” (Похлёбкин В.В. Чай, его типы, свойства и употребление. Москва, 1968).
Путь чая из Китая в Россию был назван “Великим чайным путем”. Отправной точкой был город Калган – крупная застава на Великой Китайской стене, так называемые “ворота Китая”. Здесь товар тщательно упаковывали в корзины и водружали на верблюдов. Далее караваны следовали через монгольскую пустыню Гоби в Северную Монголию, где была остановка в Урге, после чего караван продолжал путь до границы с Российской империей – заставы Кяхты.
В Кяхте коробки с чаем проверялись, маркировались, паковались в бумагу и фольгу и зашивались в бычьи шкуры – тюки. Тюки загружали в телеги или сани и отправляли до Иркутска. Далее предстоял путь по Сибирскому тракту, доставка груза по которому была возможна только зимой, в европейскую часть России на открытые ярмарки. Сухопутный “путь чая” из Калгана до Москвы занимал 16 месяцев (за это время надо было преодолеть 9 тысяч верст). Именно трудности доставки объясняли высокую стоимость чая. Существовала даже поговорка, которую упоминал Владимир Даль: “Кяхтинский чай, да муромский калач - полдничает богач”.
В конце XIX века началось строительство Транссибирской железнодорожной магистрали по чайному тракту из Кяхты в Москву. В связи с сокращением транспортных издержек цена чая резко упала. Одновременно открылся морской путь через Одессу, куда чай везли из Индии и Цейлона. Впрочем, в то время китайские поставщики сохранили за собой львиную долю импорта всего чая.
Чайный склад в Кяхте
После смерти Василия Алексеевича в 1869 году фирма отошла к его сыновьям от разных браков, купцам 1 гильдии Семену и Сергею. Она просуществовала под названием “Товарищество чайной торговли “Василий Перлов с сыновьями Семеном и Сергеем” до 1891 года.
Семен Васильевич от брака с дочерью купца 1 гильдии Елизаветой Ивановной Карзинкиной имел трех сыновей – Василия, Ивана и Николая – и дочь Лидию. Он служил членом коммерческого суда, выборным от московского купечества и Биржевого общества, был членом Учетного ссудного комитета московской конторы Государственного банка, гласным городской думы. В течение 27 лет он был церковным старостой при церкви Адриана и Натальи на 1-й Мещанской, одним из постоянных устроителей Болшевского приюта для нищих девочек, где была учреждена стипендия его имени.
В 1871 году Семен Васильевич заключил договор с удельным округом на аренду 73 десятин земли Измайловского имения московской губернии и уезда. На этой земле он построил дачный поселок, который стал называться Перловкой. Появилась платформа “Перловка”, летний театр, был построен и освящен храм во имя Донской Божьей Матери по проекту архитектора П.П. Зыкова. В общей сложности были построены 83 дачи (одно-и двухэтажные, с мезонинами и без), училище с лавкой, пять оранжерей и грунтовый сарай. Сюда каждое лето съезжались богатые коммерсанты со своими семьями.
В 1879 году Семен Васильевич умер. Его доля в семейном предприятии перешла к сыновьям. В 1891 году Сергей Васильевич вышел из состава фирмы. Тогда же появилась на свет его собственная фирма – “Товарищество чайной торговли “Сергей Васильевич Перлов и Ко”.
После раздела сыновьям Семена - Василию, Ивану и Николаю - отошел не только брэнд “Василий Перлов с сыновьями”, но и чаеразвесочная фабрика на 1-й Мещанской улице, 5. Фирма Василия Перлова торговала с Китаем более ста лет и делала упор на оптовой торговле, что являлось для их китайских партнеров важным преимуществом. Она имела свои магазины не только в России, но и в Европе - в Вене, Берлине, Париже и Варшаве. Ежегодный денежный оборот в то время приближался к 16 млн. рублей.
Василий Семенович Перлов был экспертом московской таможни, выборным Московского купеческого общества, казначеем Комиссии для устройства народных чтений при Министерстве народного просвещения Российской империи. Позже на средства В.С. Перлова в районе Петербургского (Ленинградского) шоссе, неподалеку от современной станции метро “Сокол”, было возведено убежище раненых воинов великого князя Николая Николаевича Старшего. В него принимали увечных воинов, которых в постоянно воюющей России всегда было достаточно. Василий Семенович умер 50 лет от роду бездетным холостяком.
Его брат, Иван Семёнович Перлов, большую часть жизни старался проводить за городом, в Перловке. Торговля чаем привлекала его не сильно, и он решил заняться скотоводством. С 1870 года Иван Семёнович владел в Звенигородском уезде имением под названием Богородская ферма. Это была образцовая ферма, где содержались жеребцы рысистой, арденской и английской каретной породы, рогатый скот, овцы и свиньи английских пород и значительное птицеводство (21 куриная порода).
Иван-Семёнович-Перлов
Благодаря этому ферма снабжала молоком, мясом и яйцами всю округу. За свою успешную деятельность И.С. Перлов был удостоен золотой медали на Всероссийской художественно-промышленной выставке, проходившей в 1882 году в Москве по отделу сельского хозяйства. После смерти Ивана Семеновича в 1900 году из его завещания выяснилось, что он пожертвовал 30 тысяч рублей из своего состояния на обустройство больницы для лечения больных алкоголизмом. К сожалению, она так и не была создана.
Последний из сыновей Семёна Васильевича, Николай, в период с 1882 по 1885 год состоял старостой купеческой гильдии. Он был членом-благотворителем Московского попечительства о бедных, находившегося под юрисдикцией Императорского человеколюбивого общества, а также являлся членом совета Попечительства о недостаточных ученицах. Деятельность Попечительства была направлена на то, чтобы дать возможность талантливым школьницам продолжать образование даже в том случае, если они не имели на это достаточных средств.
Николай Семёнович активно поддерживал Петровско-Мещанское мужское училище, открытое на средства Московского купеческого общества. Изначально оно было предназначено для бесплатного обучения 50 осиротевших ребят из купеческого и мещанского сословий. Это было первое образовательное учреждение в России, которое делало упор именно на подготовку будущих коммерсантов. С этой целью помимо общеобразовательных предметов здесь обучали владению счетами и проходили основы бухгалтерского дела. Московские купцы считали для себя честью оказывать поддержку этому училищу.
Николай Семёнович был женат на Марии Козьминичне (в девичестве Гусачёвой). У них было трое детей - Николай, Александра и Мария. За свои благие дела он был неоднократно награжден орденами: св. Станислава 3-й и 4-й степени, св. Анны 3-й степени, знаком “Красного Креста”, 4-мя медалями, болгарским орденом Князя Александра 4-й степени, китайским орденом “Двойного Дракона” 2-ой степени.
Перловы были попечителями Народной столовой Общества поощрения трудолюбия, Народной столовой имени Стрекаловой и других. Они активно поддерживали Елизаветинскую гимназию, названную в честь своего основного благодетеля - Великой княгини Елизаветы Федоровны, открыли Начальное училище при Московском земстве, которое представляло собой начальную школу. В ней можно было получить азы грамотности, уровень которой в России по сравнению с ведущими европейскими странами был крайне низок.
В свою очередь, Товарищество “Сергей Васильевич Перлов и Ко” занималась главным образом внутренней торговлей. Его отделения были разбросаны по различным городам Российской империи (к 1915 году их насчитывалось более сорока). Только на главных улицах Москвы располагалось около десятка магазинов.
Основная часть паев принадлежала самому С.В. Перлову, его жене Анне Яковлевне (урожденной Прохоровой), трем дочерям и их мужьям, также работающим в фирме. Главный офис фирмы располагался в трехэтажном каменном доме № 19 на Мясницкой, который в середине XIX века приобрел Василий Алексеевич. До этого дом неоднократно менял своих владельцев, но в руках Перловых обрел, наконец, постоянных хозяев.
Магазин на Мясницкой в начале ХХ в.
В 1891-1893 годах дом был перестроен по проекту архитектора Р.И. Клейна в стиле позднего ренессанса. Первый этаж дома занимал чайный магазин Перлова и чаеразвесочная фабрика, на второй и третий этаж можно было войти через внутренний двор здания. В них располагались контора и жилые помещения хозяина.
С 1891 года обе перловские фирмы рассматривали друг друга в качестве конкурентов. Основной ареной для соперничества стал рынок колониальных товаров. Сыновья Семена Васильевича сделали ставку на массового покупателя, продавая чай в экономичных бумажных или картонных упаковках.
В отличие от племянников, Сергей Васильевич ориентировался на обеспеченную часть городского населения. В его магазинах впервые стали продавать чай в красиво оформленных жестяных коробках, для наиболее состоятельных покупателей выпускались фарфоровые и хрустальные чайницы. Такой подход выручил Сергея Васильевича в начале XX века, когда конкурирующая фирма братьев Перловых переживала кризис.
Сергей Васильевич Перлов был энергичным, деятельным и глубоко религиозным человеком. Он состоял агентом Московского комитета о просящих милостыни, то есть занимался приисканием рабочих мест для нищих и неимущих. Везде, где мог - в своих имениях, в торговых домах - Перлов старался пристроить к делу как можно больше народа, иногда даже специально придумывая особые “общественные” работы. Сергея Васильевича часто попрекали тем, что он набирает рабочих больше, чем необходимо для дела, но он резко отвечал: “Как вы не хотите понять, что я стараюсь бедным людям дать кусок хлеба”.
Сергей Васильевич был членом попечительного комитета при существовавшем в Москве Арнольдо-Третьяковском училище для глухонемых детей и ежегодно жертвовал по 25 рублей на его нужды. Он пожертвовал колоссальные средства на строительство монастырского комплекса Казанской Амвросиевской женской пустыни неподалеку от города Козельска (Шамординской обители), не афишируя ни своих трат, ни участия в судьбах обители. Покровительствовал он также и Введенской Оптиной пустыни. Сергей Васильевич часто повторял, что с тех пор, как он стал помогать обителям, его торговые дела пошли как никогда успешно.
В 1887 году, в год столетия фирмы Перловых, по указу Александра III они были пожалованы в потомственное дворянское достоинство с формулировкой: “Во внимание к столетней деятельности рода Перловых на поприще торговли и в воздаяние их заслуг”. Это была высшая награда для семейства.
В знак перехода из купечества в дворянство Перловы получили фамильный герб: чайный куст на лазоревом фоне, шесть крупных жемчужин и девиз “Честь в труде”. Кроме того, династии было присвоено звание поставщиков императорского двора, что дало Перловым право помещать на фирменных этикетках изображение государственного герба.
В 1896 году соперничество двух ветвей семейства обострилось до предела в связи с подготовкой к коронации будущего императора Николая II. В числе гостей планировался чрезвычайный посол и канцлер Китайской империи Ли Хунчжан. Целью визита китайского сановника было подписание союзного оборонительного договора между Китаем и Россией, позволявший России увеличить свое присутствие в Маньчжурии. Кроме того, министр финансов С.Ю. Витте добился от Ли Хунчжана согласия Китая на сооружение в Маньчжурии Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) и военно-морских баз российского тихоокеанского флота в Порт-Артуре и Дальнем.
Что касается чаеторговцев, то для них приезд китайского посла таил в себе возможность заключения новых выгодных контрактов на поставки китайского чая. Сергей Васильевич Перлов рассчитывал, что сановник по прибытию остановится в его доме на Мясницкой, поэтому решил переделать фасад здания в китайском стиле. Переделку фасада и интерьера чайного магазина осуществил в 1895-1896 годах архитектор К.К. Гиппиус под руководством Р.И. Клейна. Многие отделочные материалы были доставлены из Китая.
Интерьер магазина составляли деревянные прилавки с фигурной позолоченной резьбой, традиционные китайские лаковые панно на стенах и громадные напольные вазы. Дубовый паркет устилал напольный китайский ковер ручной работы, а у дверей стояли две деревянные раскрашенные фигуры китайцев, как бы приглашавшие в магазин. Уникальным архитектурным и предпринимательским решением были большие витрины, надписи, стилизованные под иероглифы и встроенное фирменное оборудование. В жилых помещениях Сергей Перлов разместил свою богатую коллекцию китайской живописи и фарфора.
Однако старания купца оказались напрасными: Ли Хунчжан по прибытии в Москву поселился на 1-й Мещанской улице, в доме представителей старшей ветви рода Перловых. Они всего лишь украсили здание своей конторы китайскими фонариками и панелями, не перестраивая его, зато подарили гостю ценные подарки - серебряное блюдо с гравюрой дома Василия Перлова и фигурную солонку.
Формально победа осталась за “Семеновичами”. Тем не менее, дом № 19 на Мясницкой вошел в десятку красивейших зданий Европы, стал визитной карточкой фирмы Сергея Перлова и сыграл большую рекламную роль в его бизнесе. Москвичи называли его “китайской шкатулкой”. Дом этот прошел через все перипетии российской истории и до сих пор является одной из достопримечательностей Москвы.
В конце XIX-начале ХХ века Россия вместе с Китаем стала мировым лидером по потреблению чая. Однако чайная торговля России с Китаем постепенно стала приходить в упадок. В 1896 году впервые появились небольшие плантации чая в Азербайджане под Ленкоранью. В эти же годы крестьянин И.А. Кошман вырастил чайный куст в 60 км к северу от Сочи, в поселке Солох-Аул. К 1913 году российское чайное производство даже получило чай высокого качества (“Русский чай Дядюшкина” заслужил медаль на Парижской выставке).
Но по-настоящему за выращивание российского чая принялись после Октябрьской революции, когда была поставлена масштабная задача ослабить зависимость от импорта заграничных товаров, в том числе и чая. Для этого была принята специальная программа, создан научно-исследовательский институт чая и чайной промышленности. В Краснодарском крае, Грузии и Азербайджане – регионах с подходящим климатом - строились чайные фабрики и плантации. Их продукция попала на прилавки магазинов уже в 1930-е годы и даже экспортировалась за границу. Пик производства чая пришелся на 1970-е, когда площадь плантаций достигла 97 тысяч гектаров, однако перестройка и дальнейший раскол СССР сократили выпуск отечественного чая.
Но вернемся в начало ХХ века. В 1911 году Сергей Перлов умер. Его вдова Анна Яковлевна вместе с семьей старшей дочери Варвары продолжала жить в доме на Мясницкой. По воспоминаниям её правнучки В.Н. Орловой-Пупышевой: “Жили они как монашки, ходили к ней какие-то тихие женщины, все в чёрном. Ела все постное. Любила гречневую кашу, и в революцию её только удивляло, почему переведены часы на час, и трудно достать гречневую крупу. Умерла она в феврале 1918 года”.
В том же году дом национализировали, жилые помещения стали коммунальными квартирами, однако традиции сохранились - в советские годы в доме всегда работал магазин чая и кофе (в 1920-х - 1930-х годах он назывался “Чаеуправление”). Он имел “номер один” - по статусу чайно-кофейной торговли равнялся Елисеевскому гастроному. Рекламные листовки для магазина писал сам Владимир Маяковский:
Эскимос,
медведь
и стада оленьи
пьют
чаи
Чаеуправления.
До самого полюса
грейся
и пользуйся.

Царь
и буржуй
с облаков глядят,
что
рабочие
пьют и едят.
С грустью
таращат
глаза свои:
рабочие
лучшие пьют чаи.

Несмотря на то, что здание на Мясницкой находилось под государственной охраной как исторический памятник, за всё советское время оно ни разу не ремонтировалось капитально. К началу 1990-х годов дом пришёл в катастрофическое состояние: он был насквозь поражен грибком, перекрытия сильно обветшали, полы прогнили, все коммуникации разрушились. Хотя уникальный фасад сохранился, внутренние интерьеры погибли, подвалы для хранения чая стояли затопленными из-за прорвавшихся труб.
В годы после падения СССР многие наследники владельцев знаменитых домов и предприятий пытались вернуть фамильную собственность, но поскольку у нас не существует закона о реституции, выиграть дела никому не удалось. И тогда представители трех знаменитых династий – Пороховщиковы, Муравьевы-Апостолы и Перловы – предложили городу сдать их бывшую фамильную собственность им в аренду. Этот вариант устроил всех.
Созданное ООО “Перловы и К” возглавила правнучка Сергея Перлова, Жанна Юрьевна Киртбая. Она поставила две задачи: восстановить исторический облик здания и возобновить фамильное дело - чаеторговлю. Как и ее прадед, Жанна Юрьевна начала свою деятельность с пожертвований на нужды Оптиной Пустыни, Шамординского монастыря, Высоко-Петровскому монастыря и Марфо-Мариинской обители. За это она была удостоена золотой медали.
Идея восстановить дом принадлежала отцу Жанны Юрьевны, который неоднократно водил ее к фамильному дому, мечтая о его возрождении. Он и разработал программу восстановления памятника, но не дожил до начала ее осуществления.
Известный архитектор, приглашенная из Китая, пришла в восторг от чайного дома и сказала, что аналогов ему нет ни в Китае, ни в Европе: дом самобытный, московский. Был произведен капитальный ремонт без изменения его исторического облика. Изначально предполагалась надстройка двух новых этажей в корпусах во дворе. Это давало дополнительных 1,5 тысячи метров, но, когда здание обследовали, оказалось, что будет большая нагрузка на фундамент и стены, которые придется укреплять, а ведь это исторический памятник. От этой идеи пришлось отказаться.
Фасад здания отчищали с огромным трудом, поскольку его несколько раз красили в советское время, и китайская фирма никакими средствами не могла снять эту краску. В Китае заказали 148 утраченных элементов фасада (декоративную лепнину и фаянсовые изразцы), а остальное - кропотливая ручная работа отечественных мастеров, проведенная под контролем и с участие специалистов из института “Cпецпроектреставрация” (проект С.А. Куприянова и Н.И. Сафонцевой). Им пришлось ехать в Китай. Специалистам-реставраторам удалось найти и воссоздать полихромную окраску фасада времен Сергея Перлова.
Возрожден в первозданном виде и сам чайный магазин, который не работал несколько лет в связи с реконструкцией. Сегодня его интерьеры практически полностью повторяют интерьеры конца XIX века. Самым сложным оказалось восстановление потолочных плафонов, на которых была утрачена почти вся позолота и красочный слой. Были отреставрировали витрины-шкафы, китайские фарфоровые вазы и фонари. Реставрационные работы обошлись в 5 млн USD.
Все, что можно было сохранить, восстановили в первозданном виде, а высочайшие качество и ассортимент товара позволили магазину возвратить звание № 1 в своем сегменте.
Жанна Юрьевна даже установила связь с родственницей Ли Хунчжана - чиновника, для которого декорировали дом в китайском стиле. Возможно, Перловы будут сотрудничать с потомками этого чиновника в области торговли чаем на радость московским покупателям.