воскресенье, 17 декабря 2017 г.

"Дом со зверями" на Чистых прудах. Сергей Вашков

Сергей Иванович Вашков
Если свернуть с Покровки на четную сторону Чистопрудного бульвара, то почти сразу можно увидеть бывший доходный дом соседней церкви Троицы “на Грязех” (сейчас №14). Выполненное в стиле модерн семиэтажное здание начала 20-го века приобрело свою известность благодаря тому, что стены его испещрены изображениями сказочных зверей. Серо-голубая глазурная облицовка покрыта терракотовыми барельефами драконов, львов, оленей, грифонов, фантастических птиц и растений, сливающихся в сплошной орнамент. Этот необычный декор, воспроизводящий мотивы каменной резьбы древнего Дмитриевского собора во Владимире, выполнен художественной артелью гончаров “Мурава” по эскизам художника С.И. Вашкова. В артели работали такие известные художники, как С. Коненков и Д. Митрохин.
4 (16) июля 1879 в тихом, богомольном граде Сергиевом Посаде в семье “Московской губернии Сергиевского Посада мещанина Ивана Андреевича Вашкова и законной его жены Клавдии Ивановой, обоих православного вероисповедания” родились близнецы – Сергей и Евгений.
Запись об этом сохранилась в метрической книге московской Преображенской, что в Спасской, церкви. Крестил новорожденных 26 июля 1879 года в той же церкви священник Николай Русинов с причтом.
Согласно записям Евгения Вашкова, его отец И.А. Вашков происходил из богатого купеческого рода и “должен был получить многомиллионное состояние, но благодаря какой то мошеннической махинации родственников не получил ни гроша. После богато привольной жизни 12 летним юношей остался без всяких средств. В чем заключалась эта махинация, я не знаю, отец не любил говорить про это, а только, бывало, махнет рукой и скажет: “А ну их к черту”. Покойный Фёдор Никифорович Плевако, с которым отец был в большой дружбе, несколько раз предлагал ему начать процесс и гарантировал не только выигрыш дела, но и уверял, что всех этих милых родственников можно закатать в тартарары. Но отец не соглашался, ему были противны всякие судебные дрязги”.
В литературно юмористическом журнале “Развлечении” и “Московском листке” Иван Вашков публиковал очерки, рассказы и фельетоны - сочинял их “обыкновенно по ночам, откладывая работу до самого последнего момента, просиживал до утра и исполнял то, на что нужно употреблять по крайней мере неделю”. Современники называли Ивана Андреевича “литератором поденщиком” и вспоминали о нем как о “вечно бедствовавшем частью благодаря своему многочисленному семейству, состоявшему из семи или восьми душ, а частью <…> благодаря губительной и неудержимой страсти к вину”.
В 1880–1890‑х годах многодетная семья Вашковых проживала в Москве, в доме Вельтищева, что в Брюсовском переулке. Иван Андреевич состоял старостой Крестовоздвиженского прихода, его дети часто бывали в храме Воздвижения Креста Христова.
Сергей любил рисовать с детства. Вместе со старшим братом Евгением он изображал на бумаге подсмотренные в жизни сценки, красивые виды с часовенками, праздничные крестные ходы, храмы. В 14 лет Сергей и Евгений поступили на архитектурное отделение Императорского Строгановского училища технического рисования. Евгений ушел с четвертого курса и пошел по стопам отца – стал литератором, а Сергей провел в его стенах девять лет, постигая науки – элементарное и академическое рисование, скульптуру, графику, зодчество, историю орнамента, перспективу, теорию теней и многое другое. Студенты также имели “музейную практику” для “широкого ознакомления <…> с бывшими памятниками древнего русского искусства“.
Однажды студентам поступил частный заказ – разработать форму паникадила, чтобы оно было благолепным по-церковному, но одновременно выглядело произведением искусства. Лучшей была признана работа Сергея Вашкова. Его паникадило, казалось, сверкая, льет хрустальные слезы. Совладелец фирмы по производству церковной утвари Виктор Иванович Оловянишников взял к исполнению именно это произведение.
В. М. Васнецов. Автопортрет
Огромную роль в творческом становлении Вашкова сыграл В.М. Васнецов - “певец родной стороны и народного эпоса”. Молодой художник формально не являлся учеником мастера, но считал его своим учителем. Именно о таких, как Сергей Вашков, молодых талантливых деятелях искусства В.М. Васнецов говорил: “В нашей современной архитектуре <...> уже появились люди вдумчивого творческого проникновения в глубины нашего подлинного русского зодчества <...>”.
В.М. Васнецов в 1870-1880-х годах наиболее ясно обозначил путь развития национального русского искусства. Предопределенный им неорусский стиль основывался на погружении в стихию народного творчества и фольклора. Работы Вашкова в прикладном искусстве во многом наследовали Васнецову. Свойственное ему трепетное отношение к древнерусскому искусству, стремление к его прочтению в духе современного религиозно-ностальгического символизма являлось характерной приметой эпохи. Эти качества прочитываются и в архитектурных произведениях Вашкова.
После ранней смерти отца (ему не было даже пятидесяти) Сергею пришлось самому добывать деньги на образование и помогать семье. Летние каникулы он проводил в паломничествах по русским святыням, во время которых реставрировал памятники старины. Владимиро-Суздальская земля, где он оказался, поразила юношу красотой белокаменных соборов, старинными фресковыми росписями и творениями древнерусских иконописцев.
Побывал Вашков и на русском севере - в Ферапонтовом, Кирилло-Белозерском монастырях Вологодской епархии Русской православной церкви. Он зарисовывал и фотографировал церковную утварь, хоругви и запрестольные кресты, оклады и киоты.
В студенческие годы Сергей внимательно изучал археологические и историко-археологические материалы, бытовые предметы, женские украшения, монументальные памятники в московском Историческом музее Москвы, в Музее Александра III в Петербурге как эпоху расцвета русского искусства.
Много позже, в 1908 году, Сергей Вашков написал для “Московского листка” исторические очерки по искусству Древней Руси. 29-летний художник писал о важнейших вехах монументального и декоративно-прикладного искусства Руси. В ясной литературной форме очерков, очевидно, проявилось влияние отца-литератора.
В 1900 году Вашков стажировался в ювелирной мастерской К. Фаберже, “исполняя возложенные на него работы успешно и со вниманием”. В том же году его пригласила в свое семейное предприятие Евпраксия Георгиевна Оловянишникова, чтобы он занялся обновлением дизайна производимой фирмой религиозной утвари.
Когда мы вспоминаем о русском ювелирном искусстве конца XIX – начала ХХ века, на ум сразу приходят известнейшие петербургские и московские фамилии – Фаберже, Сазиков, Хлебников, Постников. Однако и Оловянишниковы (их фирма начала свою деятельность в 1736 году) оставили в ювелирном деле яркий след, создав великолепные произведения в “русском стиле”.
Семья Оловянишниковых (Евпраксия Георгиевна третья слева)
В 1709 году Оловянишниковы были скромными крестьянами, приписанными к Спасо-Преображенскому монастырю города Ярославля. Среднерусское Нечерноземье всегда являлось зоной рискованного земледелия, поэтому крестьяне искали другие возможности для заработка. Оловянишниковы занимались литьем олова, за что и получили свою фамилию.
Петр I обложил духовенство большим налогом, и ярославский Спасо-Преображенский монастырь был вынужден заняться коммерцией, призвав в помощь своих монастырских крестьян. Осип был освобожден от крепостной повинности.
В царствование Елизаветы Петровны Осип Оловянишников уже не только вел свое дело, но и заведовал сборами в казну с целого торгового ряда – исполнял должность ларечного. Упоминание об Осипе есть в документах переписи населения 1717 года: "Сидит в овощном ряду и делает оловянишно". А к шестидесятым годам XVIII столетия Оловянишниковы уже владели в Ярославле собственным колокололитейным заводом, на котором изготавливали также медную посуду.
Одно из самых ранних упоминаний об этом заводе связано с колоколом, выполненным в 1766 году для Ростовского Спасо-Яковлевского монастыря. Его вес составлял 163 пуда 8 фунтов (2673 кг), колокол был украшен надписью: “… лит во граде Ярославле на заводе Федора Григорьева Оловянишникова”.
Братья Оловянишниковы вели дело сообща. Их семейная фирма отличалась высоким качеством продукции: в договорах обязательно указывается, что колокола должны быть “звоном хорошо отлиты”, а если это не удастся, бракованное изделие будет перелито за счет производителей. К работе привлекались лучшие специалисты: например, работавший у Оловянишниковых акустик Аристарх Израилев изобрел специальный камертон, позволивший наладить выпуск не только отдельных колоколов, но и целых наборов из двух-трех десятков колоколов, гармонично подобранных по звуку - "колокольных фамилий" (семей).
Порфирий Оловянишников превратил колокольный завод из мануфактуры в современное предприятие. Для ныне не существующей ярославской Власьевской церкви он отлил 1000-пудовой колокол с надписью: “В память умерших отца и матери”. В 1861 году, перебравшись в Москву, Порфирий Иванович записался в московские купцы и открыл магазин по продаже москательных товаров и колоколов.
Колокол завода П. И. Оловянишникова
Порфирий Оловянишников превратил свой колокольный завод в предприятие нового типа. Подобных в этой отрасли в России было всего два: заводы П.Н. Финляндского и Самгиных в Москве. При нём оловянишниковские колокола начали продаваться за границу - в Болгарию во время войны с Турцией, в Грецию, Палестину, Сербию, Черногорию, а в Бельгии оловянишниковские колокола сейчас находятся на учете как национальное бельгийское достояние.
Владения Оловянишниковых находились на четной стороне Покровского бульвара (дом 4/17, строения 1, 3 и 4б). Здесь располагался доходный дом и складские помещения - небольшие деревянные здания. Некоторым строениям было почти три века, они пережили московский пожар 1812 года. Оловянишниковы отремонтировали их, отдав предпочтение модному в то время модерну.
Фабрика Оловянишниковых в конце XIX - начале ХХ века располагалась на Малой Дворянской улице (ныне Малая Пионерская, дом № 12/4). Это здание официально принадлежало Товариществу “П.И. Оловянишникова сыновья” и Евпраксии Оловянишниковой как председателю правления.
Евпраксия Георгиевна Оловянишникова была человеком необычной судьбы. Она родилась в 1851 году в семье ярославского купца Г.С. Горшкова и вышла замуж за Ивана Порфирьевича Оловянишникова, который вместе с братом Сергеем продолжал семейный бизнес. Сергей был глухонемым, поэтому производством на фабрике Товарищества занимался Иван, он же вёл финансовую часть и поддерживал контакты с клиентами.
Ещё при жизни Ивана Ивановича Евпраксией Георгиевной была расширена фабрика церковной утвари в Москве и начато строительство новых зданий лакокрасочного предприятия в деревне Волкуши под Ярославлем.
После смерти мужа Оловянишникова выкупила ярославский колокольный завод у наследников Сергея Оловянишникова и в 1901 году преобразовала его в закрытое акционерное товарищество на паях с объявленным капиталом 1,5 миллиона рублей - Торгово-промышленное товарищество “П.И. Оловянишникова сыновья”. Сама она стала председателем правления, которое размещалось сначала на Никольской улице, в доме Казанского собора, а затем в новом здании на площади Покровских ворот (ныне дом № 4). Конторы фирмы Оловянишниковых находились в Санкт-Петербурге, Ярославле и Туле.
В 1916 году в Товариществе было два свинцово-белильных завода, свинцово-прокатный, краскотёрочный и колокололитейный заводы в Ярославле, торговые отделения в столице (Санкт-Петербурге), Москве, Туле, Ярославле, Нижнем Новгороде и Вологде, шелкоткацкая фабрика в Москве, а фабрика церковной утвари являлась второй по значимости среди 23-х подобных московских предприятий после фабрики Товарищества производства серебряных, золотых и ювелирных изделий “И.П. Хлебников, сыновья и Ко”. Семейный капитал Оловянишниковых в начале ХХ века составлял около 4-х миллионов рублей, а общий оборот их предприятий достигал почти 10 миллионов.
Евпраксия Григорьевна Оловянишникова
Сергея Вашкова Евпраксия Георгиевна привела на фабрику в 1900 году 20-летним юношей, а год спустя, еще не имея диплома, он стал заведующим художественным отделом Товарищества Оловянишниковых и возглавлял его более 15 лет. Благодаря его таланту начало XX века стало для фабрики временем расцвета. Главным мастером на фабрике в то время был Игнатий Верёвкин, а с 1905 года его сын, Иван Верёвкин.
По окончании училища в 1901 году Сергей получил звание “ученого рисовальщика IX класса“. Летом того же года он обвенчался в “Московской Воскресенской на Успенском Вражке церкви” с “дочерью коллежского советника, потомственной дворянкой Надеждой Владимировной Беккер”. К моменту вступления в брак у Сергея и Надежды уже был сын Анатолий.
Вашкову удалось полностью перевернуть традиционное представление о церковном декоре и сделать эту отрасль современной, модной и актуальной. Первой работой Сергея для мастерской Товарищества стал майоликовый подсвечник в виде стариной поставной свечи, изготовленный по заказу Великого князя Константина Константиновича. Художник считал, что главное назначение художественных изделий фабрики Оловянишниковых – воспитывать у людей эстетическое и нравственное чувство.
Сергей Иванович и его коллеги творили в истинно национальном духе, поэтому искусствоведы считают их произведения стилистически близкими изделиям русского народного декоративно-прикладного искусства. Интересные идеи Вашков находил в искусстве ранних христиан и допетровской Руси.
Художник стремился к наибольшей простоте линий. Обладая религиозным мировоззрением, тактом, безупречным художественным вкусом, он избегал светскости, предпочитая использовать золото лишь в виде позолоты, а для поделок употребляя оксидированное серебро и высеребренную бронзу. Широко использовалась и латунь, которую обычно серебрили (такие изделия пользовались большим спросом, т.к. далеко не все храмы могли позволить себе серебряную утварь), а нередко применялись такие экзоты, как древесина кокосового ореха. Камни в изделиях Вашкова находили себе место лишь в случае необходимости чёткого акцентирования композиции.
В своих работах художник использовал традиционные техники - скань, филигрань, чеканку, эмаль, резьбу по дереву и мрамору, финифть, шитье по ткани и др., однако сочетал их оригинальными способами. Например, его митры из собрания ГИМа украшены дробницами с изображениями Распятия и Деисуса, сделанными в смешанной технике перегородчатой и живописной эмали, покрыты вышивкой из перламутровых бусин, драгоценными камнями и фигурными медальонами из серебра с позолотой и сканью.
9. Товарищество П.И. Оловяншиникова. Икона Богоматерь Умиление. Серебро, эмаль дерево, масло. 1908—1917.
В декоративном решении иконы Богоматери Умиление также можно видеть контрастное сопоставление различных технических приемов и фактур: живописного изображения Богоматери с младенцем, гладких позолоченных венцов и поля оклада, красочного узора рамы и чеканных тонированных розеток на углах. Здесь используется характерный для модерна прием - растительный орнамент - и близкая к сольвычегодским изделиям XVI века цветовая гамма эмали (чередование различных оттенков зеленого с синим и вкрапления бело-желтого).
Фабрика выпускала паникадила, подсвечники, кресты, гробницы, брачные венцы, лампады, мебель, скульптуру из дерева и мрамора, иконы и оклады к ним, альбомы, вазы, лампы, ларцы для хранения драгоценностей или бумаг, украшения по эскизам Сергея Вашкова. Церковная утварь, изготовленная под его руководством, была ориентирована на богомольцев из всех социальных слоёв, объединённых общим участием в таинствах. Сергей Иванович был противником ее бессмысленного украшательства и считал необходимым использовать только символику, несущую христианскую смысловую нагрузку: голубь с оливковой ветвью (“Ноева голубица”), рыба (тайный символ первых христиан), агнец, птица Феникс (тайный символ Христа у первохристиан) и т. п. Обнаруживая понимание роли христианского символа в современном ему мире, С.И. Вашков интересно сближал копии и стилизации древних икон с окладами и рамами в стиле модерн.
7.Изделие фирмы Оловянишниковых
Шелкоткацким предприятием Оловянишниковых производились ткани высочайшего качества, которые шли на одежду священнослужителей. При изготовлении материи мастера ткали золотом и серебром. Когда в середине 1990-х годов были обретены мощи патриарха Тихона, его тело опознали по одеждам, изготовленным на предприятии Оловянишниковых.
Вашков отмечал: "Посвятив свои силы на служение воссозданию древнерелигиозного искусства, я стремился в пределах своих сил воскрешать прежние религиозно-нравственные идеалы, руководившие народами, обществами и лицами, создавшими в свое время эпохи в истории духовно-религиозного развития человечества”.
Благодаря подвижнической деятельности Сергея Вашкова, после почти двухвекового господства тривиального ремесленничества в храмы России начали вновь поступать подлинно художественные произведения своего времени, утверждая возрождение церковного искусства - одного из древнейших национальных видов декоративно-прикладного искусства.
В 1909 году архиепископ Антоний (Храповицкий) посетил контору Товарищества Оловянишниковых на Никольской улице, где были выставлены образцы выпускаемой продукции, и сказал: “Господь сжалился над нами, любителями церковного благолепия: древнее вдохновенное творчество священных предметов восстановлено новым художником С.И. Вашковым, которого имя займет в истории нашего церковного благолепия одно из почетнейших мест, быть может, наряду с Андреем Рублевым и Симоном Ушаковым <…> Как прекрасны предметы этой сокровищницы! То воздушная легкость, то разнообразный блеск, то, напротив, массивность глубокой седой древности воплощены в металле или дереве. В одном предмете вы находите пасхальное радостное славословие, застывшее в серебре или бронзе, в другом – покаянное самобичевание; здесь – Христово смирение, там – чистота святых ангелов”.
За высокое качество художественного литья фирма Оловянишниковых получила награды на Всемирных выставках в Париже (1889, золотая медаль) и Чикаго (1893, золотая медаль). На международной выставке в Турине в 1911 году С.И. Вашков получил золотую медаль, а сама фирма - сразу четыре “Гран-при” и специальную награду “За сотрудничество”. В.И. Оловянишников получил на этой выставке почётный диплом.
На Всероссийской промышленной и художественной выставках в Москве (1882) и Нижнем Новгороде (1896) фабрика Оловянишниковых “в знак признания исключительных заслуг перед Россией” была удостоена права изображать государственный герб Российской империи на своей продукции, вывесках, бланках и т. д. Перед самой революцией министерство коммерции и финансов хлопотало перед государем о получении Оловянишниковыми дворянства.
В 1911 году вышло фундаментальное издание “Религиозное искусство”, которое явилось своеобразным отчетом С.И. Вашкова о его десятилетней работе на фабрике Оловянишниковых: в нем были собраны фотографии предметов, дизайн которых создал художник. В альбоме можно увидеть лампады, пасхальные яйца, ковчег для Святых Даров, икону "Христа-Эммануила", наперсные кресты, серебряный складень, митру, запрестольный крест и хоругвь, блюдо для сбора денег в храме, стихарь для дьякона, фелонь и др.
Заказчиками товарищества П.И. Оловянишникова с сыновьями и лично Сергея Вашкова являлись члены и родственники императорской семьи, высокопоставленные особы, представители купечества и духовенства. “На долю его как художника выпало редкое счастье приводить в исполнение заветные царские думы и дары в память великих церковно-государственных деятелей” (В.Т. Георгиевский).
Накануне празднования 300-летия Императорского Дома Романовых фирма Оловянишниковых выполнила заказ государственного значения: отливку ансамбля колоколов с портретными барельефами представителей династии Романовых и церковной утвари для строящегося в Санкт-Петербурге храма-памятника во имя Феодоровской иконы Божией Матери в память 300-летия царствования Дома Романовых на Миргородской улице у Николаевского (ныне Московского) вокзала.
Инициатива строительства этого храма исходила от “Союза Русского Народа”, а строился он на всенародные пожертвования. Проект в стиле ростовских храмов XVII века был представлен гражданским инженером С.С. Кричинским. Фасад храма, облицованный белым старицким камнем с орнаментом работы В.И. Траубенберга, украшали родословное древо Романовых и Феодоровская икона, выполненные из майолики в мастерской П.К. Ваулина. Другая икона, размещённая над входом, была сделана по рисунку В.М. Васнецова в технике мозаики.
Иконостас храма вырезали из липы в московской мастерской палехского иконописца И.М. Дикарёва, там же изготовили киоты и написали иконы, копирующие древнерусские. В той же мастерской изготовили Голгофу и царское место. Роспись храма в стиле фресок Дионисия в Ферапонтовом монастыре поручили создать В.С. Щербакову.
Свита Государя заказала фирме Оловянишниковых серебряную дарохранительницу в виде уменьшенной копии Успенского собора в Кремле и подарила ее Феодоровскому собору. Там же были изготовлены литургические сосуды для собора, копии сосудов XVII века из костромского Ипатьевского монастыря, и отлиты колокола с именами членов царской семьи.
Митра, фирма П.Оловянишникова. Москва, 1908 — 1917. Серебро, уральские камни, жемчуг, перламутр, бархат, ткань, позолота.
По проекту Сергея Вашкова был создан подлинный шедевр – ажурное бронзовое паникадило в виде шапки Мономаха диаметром три сажени, а также верноподданническая грамота русского дворянства по случаю 300-летия Дома Романовых, ларец и блюдо для поднесения её Государю. Ларец был изготовлен из литого серебра, украшен эмалями и драгоценными камнями, его шатровая крышка была увенчана красным крылатым грифоном с чёрными мечом и щитом – гербом бояр Романовых. Блюдо представляло из себя прекрасное резное изделие из мамонтовой кости, оправленное в серебро и несущее изображение Государственного Герба Российской Империи. В 1913 году московская фабрика Оловянишниковых получила высокое звание Поставщика Высочайшего Двора.
Император Николай II поручил Сергею Ивановичу изготовить иконостас в басменном исполнении для храма общины Красного Креста. По рисункам Вашкова была воздвигнута на средства Государя гробница с сенью над мощами святого Макария Овручского. К 300-летию Дома Романовых художник украшал драгоценные книги, изготовлял памятные подарки Августейшим особам.
Одним из важнейших императорских заказов, размещенных в фирме Оловянишниковых в преддверии празднования 300-летия дома Романовых, стали гробницы для мощей преподобного Павла Обнорского в Вологде и патриарха Гермогена (Романова) в Московском Кремле (Чудов монастырь, ныне – Успенский собор), изготовленные на личные средства царской семьи.
Первым были изготовлены рака и сени для мощей преподобного Павла Обнорского. Современник делился своими впечатлениями от увиденного: “Слух верующего человека как бы улавливает над ракой шепот самого праведника – те слова, какие произносил обычно великий инок, находя себе место для уединенного подвига и устройства последней обители: “Се покой мой, зде веселюся”.
Рака и сени для мощей преподобного Павла Обнорского
 Одновременно С.И. Вашков занимался проектированием и сооружением раки для мощей патриарха Гермогена – “истинного богатыря православного русского национального духа в Смутное время, вдохновителя и спасителя отечества”. Вместе с ним над проектом работали князь М.С. Путятин и В.М. Васнецов. Гроб был сделан из кипариса, рака – из серебра наподобие гробницы святого Ярослава Мудрого и украшена драгоценными камнями: топазами, аметистами и жемчугом. Чеканка по серебру была исполнена по рисунку с панагии, принадлежавшей святому Гермогену. На крышке раки размещалась его эмалевая икона. Там же был нанесен текст тропаря святителю, выполненный золотой вязью. По распоряжению императрицы Александры Федоровны Вашков также создал облачения, строго соответствующие духу эпохи конца XVI – начала XVII века, когда жил патриарх Гермоген.
Для С.И. Вашкова эта рака стала последней значимой работой. В первые годы советской власти, когда производилось изъятие церковных ценностей, она была передана в ГоХран России. В итоге от нее осталась только крышка, которая хранится в музеях Кремля.
К наиболее значительным произведениям художника также относятся надгробия купцов Карнеевых и Зыбина в Москве, отделка и внутреннее убранство церквей в имении Н.И. Оржевской “Новая Чартория” в Волынской губернии, в Федоровском городке Царского Села под Петербургом, в Красностокском монастыре Гродненской губернии.
Рака для святых мощей Патриарха Гермогена. 1914 г.
Купцы Карнеевы были похоронены в Красном селе, в некрополе Ново-Алексеевского монастыря, разрушенном в 1930-е годы. Его судьбу решил Генеральный план социалистической реконструкции Москвы 1935 года, согласно которому через эту местность собирались прокладывать парадный проспект Ильича от Измайлова до Ленинских гор через площадь Дворца Советов. Планам этим не суждено было сбыться, но все кресты и надгробия кладбища были снесены, его в прямом смысле слова “сравняли с землей”, перезахоранивать останки строго воспрещалось. Не сохранились и надгробия Карнеевых, выполненные по рисунку Вашкова. Их можно увидеть лишь на старых пожелтевших фотографиях.
Сергей Вашков, сочетая древнерусские мотивы с древнехристианскими, создал свой самобытный художественный пластический язык, в котором средневековые формы получили новое прочтение, отражающее предметно-пространственное видение человека начала XX века. Синтетичность его художественного мышления базировалась на безгранично разнообразном в своих проявлениях древнерусском искусстве, которое он узнал в поездках по России, и на тонком чувстве ритма и стиля современности.
По прошествии десяти лет, формулируя свое творческое кредо, Вашков написал: “Я в продолжении десяти лет труда не считал необходимым рабски копировать древние образцы искусства, повторять то, что уже давно высказано и пережито <...> Формы пластического искусства, как и литературные формы, должны развиваться и изменяться, пополняясь все новыми видами, но не теряя своей типичности. Язык, не изменяющийся под влиянием новых форм, становится мертвым. То же самое происходит и с искусством”.
Дом со зверями на Чистопрудном бульваре
Это утверждение можно с полным правом отнести к одному из самых интересных c точки зрения декора фасада зданий в Москве - бывшему доходному дому при храме Троицы “на Грязех” в Басманном районе или, как его окрестили в народе, дому со зверями, о котором уже упоминалось выше.
Дом был построен в 1908-1909 годах по проекту архитектора Льва Кравецкого и инженера-строителя Петра Микини. Его возводили как доходный дом при храме Троицы Живоначальной “на Грязех” у Покровских ворот. Заказчицей дома была попечительница и ктитор церкви, Евпраксия Георгиевна Оловянишникова. Дом строился для получения доходов прихожанами для содержания церковно-приходской школы и попечения о вдовах и бедных учащихся. Прихожанин и художник фабрики Оловянишниковых С.И. Вашков предложил выполнить дом в таком стиле, чтоб показать красоту древней архитектуры среди домов стиля эклектики”.
Сергей Вашков был привлечён уже после начала строительства. Он создал проект декоративного оформления здания внутри и снаружи, который был реализован в 1909 году и выделил этот дом из всех остальных московских зданий. Главное украшение дома – выполненный артелью “Мурава” по его эскизам пояс из терракотовых барельефов на третьем и четвёртом этажах, на которых изображены сказочные звери, птицы и растения.
Будучи специалистом в области религиозного искусства, Сергей Вашков восхищался владимирским Дмитриевским собором XII века, фасад которого украшает белокаменная резьба и около 600 барельефов, изображающих святых, а также реальных и мифических животных. Они и стали прототипом мифических существ на фасаде доходного дома.
Барельефы по эскизам Вашкова на фасаде доходного дома церкви Троицы на Грязех
Впрочем, декор дома на Чистопрудном не копирует в точности украшения собора: художник "адаптировал" волшебных существ под архитектуру начала ХХ века, их прорисовка стала более гротескной и шаржированной, что было характерно для позднего стиля модерн. После окончания строительства дома Сергей Вашков и сам поселился в нём.
Изначально возведённый по оригинальному проекту дом был 5-этажным с шатровыми башнями по краям и изящной, будто плетёной, чугунной решёткой на кровле между выступами южного и северного ризалитов. В 1945 году по проекту архитектора Б.Л. Топаза он был надстроен еще двумя этажами. При этом пропал ряд верхних барельефов, были уничтожены балконы второго этажа. Но все же надстройка была проведена умело, и верхние этажи не бросаются в глаза на фоне старого объема дома, хотя и выкрашены в более светлый цвет, чем основной массив дома. В интерьерах сохранились элементы декоративного убранства – решётки лестниц, двери, лепные украшения плафонов в квартирах.
В 2000-х годах “дом со зверями” приобрёл нынешний бледный голубовато-зелёный цвет, а барельефы побелели. Несколько лет назад на нижних этажах была произведена реконструкция, одно из центральных окон второго этажа превратилось в дверь, а к нему была выстроена лестница, стилизованная под модерн - с ажурной решёткой, украшенной зверями и совами. На сегодняшний день здание имеет статус объекта культурного наследия регионального значения.
Архитектурным проектированием Сергей Иванович занимался от случая к случаю, поэтому его работы в этой области малочисленны, однако чрезвычайно важны для истории московского модерна. Это дача И.А. Александренко (1908, поселок Клязьма, не сохранилась), церковно-приходская школа имени Ивана и Пелагеи Александренко (1910-1911, посёлок Клязьма), храм-памятник в честь 300-летия Дома Романовых Святых Николая Мирликийского и митрополита Алексия при участии архитектора В.И. Мотылёва и скульптора Н.П. Гаврилова (1913, посёлок Клязьма, ныне Лермонтовская улица города Пушкино).
Дача купца Александренко
Посёлок Клязьма в Подмосковье был основан в первые годы XX века по инициативе одного из многочисленных обществ благоустройства окрестностей Москвы (в советское время его поглотила территория города Пушкино). В 1910-х годах он стал одним из модных и дорогих дачных мест. Именно тогда царский министр Столыпин своим указом предоставил право закрепить участки земли в личную собственность каждого. Новый закон полностью противостоял бывшему общинному землевладению.
Этим немедленно воспользовались различные дельцы. Они за бесценок скупали землю у бедноты, а потом перепродавали её по дорогой цене. Это позволило начать строительство усадеб в районе реки Клязьмы. Многие дачи были единственными в своём роде. Купцы нанимали под их строительство настоящих архитекторов и мастеров-строителей. Купец второй гильдии Иван Афанасьевич Александренко – владелец московской текстильной фабрики, специализировавшейся на производстве уникальных шёлковых, парчовых и бархатных тканей – обратился к своему знакомому Сергею Ивановичу Вашкову.
Художник начал проектировать дачу Александренко в 1908 году в неорусском стиле модерна. Дом, стоящий на участке, занимающем целый квартал между Пушкинской и Тургеневской улицами, украсился башенкой, балконами, террасами, крыльцом и стал похож на сказочный терем. Фасад его представлял собой волшебный мир русской природы, населённый диковинными зверями, райскими птицами и невиданными цветами. Окна дачи были необычной и неожиданной формы, а на карнизных досках были вырезаны подсолнухи и кедровые шишки.
Дача Алдександренко
По единому замыслу Вашков спроектировал хозяйственные постройки, садовые скамейки, фонари, ограду с резными воротами и калитками. И везде – цветная деревянная резьба, витражи, изразцовые печи и камины. Среди образов, помещенных на фасадах клязьминской дачи, можно найти многие древние символы, волновавшие ее автора - берегинь, птицу Алконост, двуглавого орла, ягненка, олицетворяющего Христа, павлина - птицу Эдема, изображение которого часто встречается в созданиях Вашкова как символ возрождения, светлой жизни и всепрощения. На наличниках - голуби, сова, орёл, лебеди, какие-то невиданные фантастические птицы, баран, белка и другие животные.
Под фронтоном северной стены дачи изображена любопытная композиция: на берегу моря, за белокаменными стенами, стоит древний город с теремами, башнями и церквями. Над морем летит сказочная птица Алконост, которая одновременно играет на гуслях и поёт. От её пения стихли волны и ветер, и сказочные парусные струги замерли на воде. В этом обращении художника к миру природы отражалось своеобразное мироощущение символизма, проникнутое образами смены времен года, отдельных природных состояний, их связи с человеческими чувствами.
Впоследствии усадьба Александренко стала упоминаться в книгах по мировой архитектуре и была занесена в реестр памятников архитектуры федерального значения. Но полюбоваться ею прямо сейчас нельзя: 22 сентября 2003 года знаменитая дача Александренко – жемчужина деревянного зодчества – сгорела. От широко известного по множеству публикаций чудо-терема осталось лишь пепелище с остовом печи.
Последние 20 лет дом, по сути, оставался бесхозным. У него были арендаторы, которые сменяли друг друга, но все, пользуясь бесконтрольностью, расхищали и разрушали уникальное здание вместо того чтобы оберегать его и реставрировать, как это было оговорено в договорах аренды.
Иван Александрович Александренко построил на свои средства в поселке Клязьма храм Спаса Нерукотворного Образа. Это вершина творчества Сергея Вашкова, зримое воплощение его художественного мировоззрения. Церковь представляет собой кубический храм, завершённый главкой на горке кокошников, украшенный майоликовыми панно, изготовленными Абрамцевским заводом, с пристроенной с запада звонницей на 15 колоколов. Фронт звонницы украшает майоликовое изображение Спаса Нерукотворного в окружении серафимов. На западной стене храма из майоликовой плитки выполнены в полный рост изображения Николая Мирликийского и митрополита Алексия, в честь которых освящена церковь.
Спасский храм (Алексия, митрополита Московского)
Храм построен к 300-летию Романовых в 1913-1916-е годы. Постройка его была окончена уже после смерти Сергея Вашкова архитектором В.И. Мотылевым. Он является интересным образцом неорусского стиля с оттенком модерна. Формы его образно тяготеют к памятникам Москвы XV-XVI веков и, в особенности, “годуновского” зодчества, однако, их трактовка отражает влияние эстетики модерна, фокусирующего внимание на изобразительном совершенстве архитектурных деталей.
Храм Нерукотворного Спаса был воздвигнут на середине пути между Москвой и Троицкой Лаврой, олицетворяя державность и небесное величие святости. При его строительстве впервые в России были использованы железобетонные конструкции, открывшие новую эпоху в церковном строительстве.
После революции храм был разорён, колокольня снесена, маковки на крыше разобраны. Его настоятель, митрофорный протоиерей Леонид Флоренский, был арестован и в 1939 году сослан в Караганду, где и погиб. В советские годы церковь служила общежитием, пионерлагерем, складом декораций Московского театра им. Островского, на 3-х этажах были устроены коммунальные квартиры. В 1989 году ее открыли, освятили как Спасскую и отреставрировали.
Церковно-приходская школа в Клязьме
Рядом с храмом Нерукотворного Спаса, также по проекту Сергея Вашкова, выросла церковно-приходская школа, светлая и благоукрашенная Гребневской иконой Божией Матери. Классам было отведено одноэтажное крыло здания, представляющее собой большое светлое помещение, разделённое перегородкой в виде гармошки на две классные комнаты. Перегородка при необходимости передвигалась.
В двухэтажной части были расположены служебные помещения, комнаты учителей и кухня. Школа носила имя купца Ивана Александренко и его жены Пелагеи, на чьи деньги она была построена. На ее главном фасаде сохранилась надпись вязью, сообщающая об этом.
Поэтичность художественного языка Вашкова - плоть от плоти его натуры, не устававшей восхищаться красотой жизни, гармонией и совершенством природы. Он писал: “В минуты восхищения природой искусство складывает фантастические сказки, в которых оживают и небо, и солнце, луна и звезды, все силы природы одухотворяются, и животный мир говорит языком человека и разделяет его восхищение”.
Незадолго до смерти, в 1913 году, художник с группой единомышленников создал новый художественный журнал “Светильник”, призванный популяризировать отечественное искусство и научные изыскания в области его истории. Издателем журнала стал В.И. Оловянишников, содиректор Товарищества “П. И. Оловянишникова сыновья”.
Будучи главным редактором издания, С.И. Вашков сумел сплотить вокруг себя авторитетный круг художников и ученых: в его редколлегии состояли Д.В. Айналов, Н.П. Кондаков, Н.В. Покровский, А.В. Прахов, Ф.И. Шмидт, Н.И. Троицкий, В.М. Васнецов, М.В. Нестеров, А.В. Щусев и другие. Не чуждый литературной деятельности, Вашков не только редактировал, но и сам писал для журнала статьи о русском искусстве.
“Светильник” был обращён к широкой аудитории и печатал статьи по церковной археологии, богословским вопросам, работы о выдающихся произведениях архитектуры и искусства, следующих в русле национальных традиций. Журнал был качественно оформлен, содержал от 10 до 15 иллюстраций на 30-60 страницах текста и был официально рекомендован для библиотек средних учебных заведений. Своё одобрение и благословение журналу направил архиепископ Никон (Рождественский). Он начал выходить в свет с января 1913 года. Каждый номер вносил серьезный вклад в сокровищницу русского искусства.
Книга 1911 года
В марте 1914 года Сергей Иванович Вашков стал штатным преподавателем Строгановского училища, но преподавал он всего всего 10 месяцев – 7 (20) ноября 1914 года художник скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг в возрасте 35 лет. Еще накануне он беседовал и спорил с друзьями об искусстве, еще не достроен был спроектированный им храм Нерукотворного Спаса в Клязьме. Об этой потере скорбели все деятели и поклонники русского национального искусства. Сергей Вашков был похоронен на Ваганьковском кладбище. Оставалось всего три года до Октябрьской революции.
Главным редактором журнала “Светильник” после смерти С.И. Вашкова стал Б.Н. Протопопов, внук А.А. Бахрушина, крупного московского промышленника и известного театрала. Издание журнала было прекращено в 1915 году. Уже в наше время, в 2000 году, началось издание возрождённого журнала, который сохранил в оформлении художественный стиль своего прообраза, однако через несколько лет он прекратил свое существование.
После 1917 года московская фабрика церковной утвари Оловянишниковых была закрыта. Спустя некоторое время в здании на площади Покровских ворот разместился оптико-механический завод “Геодезия”. Здесь был изготовлен первый советский образец фотоаппарата типа “Лейка” с условным названием “Фотографический аппарат “Геодезия” (ФАГ).
Свинцово-белильный завод национализировали, колокололитейный завод в Ярославле был разрушен артиллерийскими залпами в ходе восстания 1918 года. Красильное оловянишниковское производство переименовали в завод "Свободный труд", а после перестройки - в ОАО "Лакокраска", благополучно дожило до наших дней и является крупнейшим российским предприятием лакокрасочной промышленности.
Члены семьи Оловянишниковых эмигрировали, а те, кто не уехал за границу, были расстреляны или посажены в тюрьмы и лагеря.
Потомки Оловянишниковых преуспевают в современном бизнесе под фамилией Прянишниковы.

Братья Прянишниковы
Николай Николаевич Прянишников занимался телекоммуникациями, сотовой связью, а теперь является гендиректором "Русской фитнес группы", которая управляет сетями фитнес-клубов World Class и World Class Lite. Его брат-близнец Михаил Николаевич отвечает за развитие бизнеса в Kodak.
Николай и Михаил говорят, что у них сохранилось чувство преемственности родового дела, и это дает им некоторое дополнительное чувство ответственности, они всегда руководствуются принципом "если дал слово – держи".